— Мне сказали, что Эмбрис был приверженцем традиций, — продолжила я. — Он не заботился о традициях, когда Колис украл угли или, когда набросился на смертных.

— Так и есть, — глубокий голос Фаноса разнесся по палате. — Но он боялся.

— Как будто ты не боишься, — насмешливо заметил Кин.

Первозданный Неба, Моря, Земли и Ветра проигнорировал его.

— В то время Колис забрал угли, и он смог бы вознести другого Первозданного вместо того, кого он сразил. Мы все это знали.

Я взглянула на Аттеса. Ни у кого из нас не было особого выбора. Он так и сказал, когда речь зашла о служении Колису.

Но как только в Колисе угасли угли, угроза смерти миновала для них, но не для богов их дворов, их дракенов или тех, о ком они могли заботиться.

— Каждый из вас сделал то, что было необходимо, чтобы пережить правление Колиса. Вы сделали то, что было необходимо, — повторила я. Следующие слова прозвучали на моем языке со вкусом серы. — Я понимаю.

— Так же, как и ты сделала все, что было необходимо, чтобы выжить? — спросила Весес, ее серебряные глаза пульсировали.

Моя кожа покрылась колючками. Вдох. Изгиб губ Кина не помог.

— Я сделала все, что могла, чтобы выжить. Как и слишком многие до меня, — сказала я, заметив, что Майя смотрит в пол. — И я надеюсь, что каждый из вас помнит всех, кто не пережил его, хотя, боюсь, большинство из вас не помнит.

Глаза Майи закрылись.

— Только потому, что они сами решили их забыть, — заявила Белль.

— Не все, — прошептала Майя, поднимая голову. Ее глаза открылись и заблестели. — Не все из нас забыли. Мы не могли… — она покачала головой, затем подняла подбородок. — Ты права. Наша преданность была порождена страхом — сначала за себя, а потом за тех, кто был нам дорог, — ее взгляд переместился с Эша на меня. — Это не оправдание. Это просто правда. Одна и та же для всех нас.

— Ты не говоришь за меня, Майя, — огрызнулась Весес.

Майя сухо рассмеялась, и одна сторона ее губ скривилась.

— Ах, да, ты никогда не испытывала боли или страха от рук Колиса.

— Хочешь испытать это прямо сейчас? — спросила Весес, придвигаясь к другой Первозданной богине.

Эш шагнул вперед и посмотрел на нее. Это было все, что ему требовалось сделать. Весес остановилась.

— Ты говоришь, что Колис не заслужил нашей преданности, — сказал Фанос. — Но и ты тоже.

— Ты прав. Я не заслужила, — я повернулась к Эшу. — Но я заслужила его преданность. Я сделала это кровью и жертвами. Он знает меня. Я достойна его верности, — мой взгляд переместился на Рейна. Его глаза были открыты. Выдох. — Я заслужила преданность тех, кто служит ему.

Рейн слегка улыбнулся.

— Серафина заслужила, — он повернулся к остальным. — Она заслужила ее кровью и жертвами, — Рейн топнул правым сапогом.

Я моргнула, не ожидая услышать стук его каблука о камень.

— Мы знаем ее, — проговорил Сайон, стоя слева от нас, и хлопнул каблуком сапога по камню.

— Серафина достойна нашей верности, — сказал Рахар, закончив топать, и громовой звук сапог о камень эхом отразился от стражников, стоящих у стен.

— Серафина заслужила мою преданность, — заявил Нектас, и Фанос посмотрел на него и выслушал. — Она заслужила верность моих братьев. Она сделала это кровью и пеплом. Она достойна.

Эмоции сгустили мой голос, когда мой взгляд переместился на Майю, Келлу, а затем на Фаноса.

— И я хочу заслужить вашу преданность.

— Прости, — Весес улыбнулась. — Но ты не в моем вкусе.

Я поняла, что она хотела сказать. Я заслужила преданность Эша и еще кого-там, за своей спиной.

И Эш тоже.

Его плоть истончилась, и вокруг ног закружились нити темного Первозданного тумана.

— Все в порядке, — сказала я, подняв руку. — Меня забавляют ее попытки оскорбить меня. Скоро она будет называть меня веснушчатой и толстой, и все будут восхищены ее остроумием.

Фанос фыркнул, и Весес повернула к нему голову.

— Что? — он пожал плечами. — Ты всегда была ужасна в оскорблениях.

Ее красные губы сжались, и она покачала головой.

— Неважно.

— Как ты будешь завоевывать лояльность тех, кто сомневается? — спросила Келла.

— Все, что у меня есть сейчас, — это мое слово, что я буду лучшим выбором, но я знаю, что для некоторых из вас это мало что значит, если вообще что-то значит, — вдох. — Но вы все должны знать, что мне не нужен ваш страх. Если честно, мне даже не нужна преданность некоторых из вас.

Весес напряглась. Краем глаза я заметила, как Элиас ударил Тьеррана локтем.

— Что ж, это было вдохновляющее послание, — заметил Кин, — но…

— Я еще не закончила, — сказала я.

— Конечно, нет, — пробормотала Весес, разглядывая свои ногти цвета крови.

Я вздохнула и начала считать.