Инициар Грейсон пытается подрезать его огнём по ногам, но существо мгновенно отталкивается от противоположной стены и оказывается за спинами бойцов.

— В голову! Стреляйте в голову! — резко командует Белова, ее голос срывается от напряжения. — Другие попадания неэффективны!

Пирс прицеливается и стреляет. Короткая очередь превращает голову шершня в кровавое месиво. Тварь оседает на землю, содрогаясь в предсмертных конвульсиях и заливая все вокруг густой кровью.

— Один готов, — хрипит Пирс, тяжело переводя дыхание. — Но их явно больше.

— Гораздо больше, — негромко подтверждает Гром, напряжённо вглядываясь во мрак, словно тот вот-вот выплюнет новую порцию смертельной угрозы.

Внезапное движение сбоку заставляет меня вскинуть автомат, но это всего лишь Элина Грант. Она быстро оказывается рядом с телом мутанта, как будто только и ждала этой возможности. Невольно ловлю себя на мысли, что присутствие в нашей группе главного биолога Полигона и специалиста по мутациям как нельзя кстати. Несмотря на предостережения Елены, Грант единственная, кто знает об этих тварях больше, чем все мы вместе взятые.

Не теряя времени, биолог склоняется над телом и быстро вскрывает затылочную часть черепа мутанта. Меня невольно передёргивает от мерзкого, хрустящего звука, с которым толстая костная пластина отделяется от основания, обнажая серо-розовую влажную ткань мозга. Внешне он почти ничем не отличается от человеческого, разве что размеры отдельных долей кажутся непривычно увеличенными и деформированными.

Биолог внимательно изучает структуру, аккуратно отодвигая мягкие ткани кончиком инструмента, словно читает в этих изгибах и переплетениях знакомый текст.

— Это Велокс, — наконец произносит она, распрямляясь и серьёзно глядя на нас. Её голос звучит уверенно и строго, с оттенком профессионального удовлетворения.

Я с трудом отрываю взгляд от вскрытого черепа мутанта и внимательно смотрю на Грант. В боевой броне, с автоматом за плечом, она мало похожа на ученого, львиную долю своего времени проводящего в лаборатории, но её выдают напряжённая сосредоточенность и нервозность, которые невозможно скрыть.

— Ты уверена?

— Да, — спокойно отвечает Грант. — Обратите внимание на увеличенные отделы мозга. Эти участки отвечают за молниеносные реакции и ориентацию в пространстве, делая Велоксов быстрее и смертоноснее других видов. Но при этом они практически лишены стратегического мышления и действуют импульсивно. Поодиночке они опасны, но не организованы.

Белова недоверчиво смотрит на биолога, а затем переводит взгляд на вскрытый череп мутанта:

— И ты всё это поняла, просто заглянув ему в черепушку?

— Нет, — резко и чуть раздражённо отвечает Элина. — Я изучала этих тварей годами и могу вас заверить, что Велоксы являются результатом целенаправленной эволюции.

— Это мы знаем и без тебя, — саркастично бросает Елена.

— Может быть, — отстраненно отвечает Элина, в её взгляде загорается раздражение, — но вы не осознаете масштаба угрозы. Каждое новое поколение мутантов становится сильнее, быстрее, умнее. И согласно моей гипотезе, Коллективусы тоже не являются вершиной эволюции. То, что мы наблюдаем сейчас, всего лишь промежуточная стадия. Если тенденция продолжится, через несколько циклов мутации мы столкнёмся с существами, которых невозможно будет убить обычными методами. Их скорость, сила и интеллект превзойдут все известные пределы, и тогда все наши тактики превратятся в бессмысленную игру на выживание.

Эффект от ее слов оборачивается гнетущей паузой, сгущая и без того напряжённую атмосферу. Мои мысли начинают метаться, скользя по обрывкам тревожных предположений, и я раздражённо тру переносицу, пытаясь остановить накатывающую волну головной боли.

Внезапно мой взгляд цепляется за фигуру лейтенанта Эванса, молча стоящего чуть в стороне. На лице бойца застыло сосредоточенное выражение, словно он мысленно оценивает сказанное Элиной. При захвате в плен он сообщил, что служил в прямом подчинении майора Харпера и планировал нагнать его отряд после эвакуации с «Аргуса». Значит, он должен знать своего командира лучше остальных.

— Лейтенант, — резко обращаюсь к нему, заставляя бойца вздрогнуть и перевести на меня взгляд. — Ты участвовал в материковых вылазках с майором Харпером?

— Так точно, — чётко отвечает он, мгновенно подобравшись и выпрямившись. — Много раз.

— Как на него реагировали мутанты? — чтобы увидеть правдивую реакцию, я не даю ему паузы на обдумывание ответа.

Эванс на секунду теряется, непонимающе моргнув:

— В смысле?

— Я задал конкретный вопрос, лейтенант, — хладнокровно и подчеркнуто медленно повторяю я. — Шершни атаковали его, как любого из вас? Или возможно, избегали, игнорировали. Или же наоборот, выделяли среди остальных?

Эванс несколько секунд колеблется, тщательно подбирая слова, затем отрицательно качает головой.