Я не могла ответить – могла только тонуть в этом вихре безумия. Моё тело дрожало, мышцы сжимались, я приближалась к оргазму, но Вахид не давал мне потеряться в этом. Он отстранился на миг, его пальцы пробежались по моей плоти, разжигая новый пожар.

– Скажи, что ты моя, – его голос был суровым, требовательным.

– Вахид… – я задыхалась, извиваясь под ним, – я твоя… всегда…

В следующую секунду он толкнулся в меня до конца, рывком поднимая меня вверх, прижимая к себе, и я сорвалась, крича его имя.

Мгновением позже он сам зарычал, его хватка стала ещё сильнее, а затем он застыл, погружаясь в меня до конца, пока наши тела не содрогнулись вместе.

Мы рухнули на меха, тяжело дыша. Я чувствовала, как его руки всё ещё удерживают меня, как он не хочет отпускать.

Я повернула голову, лениво улыбнулась и провела пальцами по его влажной от пота груди.

– Теперь ты доволен?

Он приподнялся, его глаза всё ещё горели.

– Нет, – он хищно улыбнулся. – Я ещё не закончил.

Я не успела даже вскрикнуть – он снова прижал меня к себе, его тело накрыло меня сверху, и я поняла, что эта ночь продлится намного дольше, чем я могла представить.

Вдруг пронзительный крик прорезал ночную тишину.

Вахид. Младший.

Я замерла. Мир сузился до одного звука – голоса моего сына.

– Лана… – Муж зарычал, не отпуская меня.

Но я уже рванулась вверх, сбрасывая его хватку. Лихорадочно схватив первое, что попалось под руку – смятое платье, грубо разорванное его сильными руками, – я натянула его, затягивая пояс. Подхватила кофту, запахнув её на груди. Всё это происходило за секунды, потому что малыш продолжал плакать, а я не могла медлить.

Я бросилась к нему, моё сердце стучало в груди, будто его могли вырвать из моих рук в любую секунду.

– Мой хороший… – шептала я, подхватывая его тёплое, маленькое тельце. Его пальчики тут же вцепились в меня, как будто он тоже боялся, что я исчезну.

Я зацеловала его личико – горячее от сна, влажное от слёз.

– Лана… – Вахид встал за моей спиной, его дыхание всё ещё было тяжёлым, но в голосе уже не было ни ярости, ни жажды. Только тяжёлое осознание.

Я обернулась, прижимая малыша к себе.

– Ты знаешь, сколько я его не видела? – мой голос дрожал. – Сколько раз я думала, что он уже… что я его потеряла?

Горло сдавило.

Курд.

Этот демон едва не забрал у меня моего ребёнка, хотел принести его в жертву. И если бы не Вахид…

Я крепче прижала сына к груди, ощущая, как его дыхание выравнивается.

Вахид подошёл ближе, его тёплая рука накрыла мою.

– Он в безопасности. – Это был не вопрос, не утешение, а клятва.

Я кивнула, но в глазах всё ещё стоял ужас.

Малыш перестал плакать, уткнувшись в мою шею, и я наконец позволила себе вдохнуть полной грудью.

Вахид наклонился, его губы коснулись моего виска.

– Мы всегда будем рядом. Я больше никому вас не отдам!

Я кивнула, потому что сейчас в этом голосе, в этих руках, в этих синих глазах было всё, что мне нужно.

Я закрыла глаза, глубоко вдохнула, вбирая запах его кожи, его тепла, его силы. Наш сын тихо всхлипнул, но уже не от страха – он уткнулся в меня, его крошечные пальцы вцепились в мою одежду, цепко, по-детски отчаянно. Я погладила его по мягким волосам, шепча что-то успокаивающее, но сердце всё ещё бешено колотилось.

Вахид был рядом, я чувствовала его – горячего, мощного, живого. Его дыхание обжигало мою шею, его рука, всё ещё лежащая поверх моей, была напряжена. Он чувствовал мою тревогу, моё напряжение, мою боль.

– Лана… – его голос был низким, сдержанным.

Я не ответила, просто качала малыша, позволив себе ненадолго раствориться в этом моменте.

Мир сузился до тихого потрескивания костра, до тепла маленького тела в моих руках, до глухого стука сердца Вахида где-то за моей спиной.

Муж притянул меня ближе, его губы скользнули по моему виску, по щеке, его дыхание обжигало кожу, но не успокаивало.

– Всё хорошо, – выдохнул он. – Он наш сын. Он сильный.

Я зажмурилась, впитывая в себя его голос, его уверенность, его присутствие.

– Мы защитим его, – сказал Вахид, и это прозвучало как приговор всему миру.

Я кивнула, хотя внутри всё ещё была эта дрожь, этот страх перед тем, что чуть не отняло у нас ребенка. Дикой стихией Курда.

Но я знала одно.

Я не позволю никому забрать моего ребёнка.

Никому.

Вахид скользнул пальцами по моей щеке, заставляя меня поднять на него глаза. В его янтарном взгляде было что-то неумолимое, что-то, от чего внутри всё сжалось.

– Нам пора, – его голос был низким, ровным, но я чувствовала напряжение в каждом слове. – Азиза осадила замок.

Я замерла.

– Что?

– Пока мы были здесь, она привела своё войско, – продолжил он, убирая выбившуюся прядь волос за моё ухо. – Вампиры сдерживают её, но долго не протянут.

Мир передо мной словно взорвался. Всё, что я только что чувствовала – страх за сына, тепло Вахида, этот крошечный, драгоценный миг покоя – в одно мгновение смыло ледяной волной ужаса.