Разберусь. Я ухмыляюсь в ответ на его снисходительный выговор и киваю головой в сторону доски.

— Сатанинские практики, — спрашиваю я риторически.

Алистер бросает взгляд на доску, затем скрещивает руки и поворачивается ко мне лицом.

— Ты хочешь сказать что-то важное, Локк? Что-то полезное? Потому что, насколько я вижу, ни один из твоих опытов не был особенно полезен. Фактически, моя команда смогла интерпретировать символы, не прибегая к твоему опыту, — клянусь богами, слышу насмешку в его голосе, — ФБР больше не нуждается в твоих услугах или услугах мисс Сент-Джеймс, — он обращает свое внимание на агента рядом со мной. — Выведи его из кабинета.

Агент колеблется, давая мне время обратиться к Хэйлин.

— Вы согласны с этой чушью, доктор Сент-Джеймс? В конце концов, вы же указали на огромную оплошность федералов с изуродованным оленем.

Когда все взгляды поворачиваются к ней, Алистер бросает на молодого агента предупреждающий взгляд. Ему не нравится, когда его упрекают в оплошностях.

— Выведи его из моего кабинета…

— Я бы хотела услышать, что скажет доктор Сент-Джеймс, — Девин встает посреди комнаты. Окруженная сотрудниками местного отделения, она обращается к Алистеру. — И, не в обиду федералам, но это не ваш кабинет и даже не ваше здание. Это собственность города, оплачиваемая нашими налогами.

Алистер яростно закрывает рот. Затем, устремив прищуренный взгляд на Хэйлин, он говорит:

— У нас есть зацепка в соседнем городе по оккультной практике, которая связана с сатанинскими ритуалами. Именно на этом мы сосредоточены, и профиль преступника становится запутаннее.

Девин качает головой.

— Я прочитала профиль, — говорит она. — Как и мои коллеги и детектив Эммонс. У нас трое подозреваемых…

— ФБР по-прежнему обладает юрисдикцией в отношении этого дела, — огрызается Алистер. — Никто не смеет проводить никаких допросов вне рамок расследования Бюро.

— Если вы будете искать подозреваемого где-нибудь еще, кроме Холлоу-Роу, то потеряете драгоценное время, — Хэйлин остается сидеть, но ее голос разносится по комнате. Она бросает взгляд на Девин и одобрительно кивает ей.

Девин продолжает.

— Никто не против вашей юрисдикции, но федералы допросили всех в этом городе, кроме самих подозреваемых, — черты ее лица напрягаются, передавая всю серьезность ее следующих слов. — И факт в том, агент Алистер, что вы подозреваете наших родных, наших друзей. И нам нужно снять подозрения сначала с них, а потом уже расширять расследование в другие города. И для того, чтобы это произошло, нам нужны очень четкие ответы на то, что мы ищем. Не расплывчатые аргументы, основанные на данных и предположениях.

Уперев руки в бока, Алистер только один раз кивает Хэйлин, давая ей разрешение ответить на вопросы Девин. Моя рука сжимается в кулак от его неуважения к ней.

Девин садится и достает блокнот, громко щелкает ручкой.

— Что насчет оккультной связи? Что мы ищем? — спрашивает она Хэйлин.

Хэйлин встает с планшетом в руке.

— Я считаю, что нам не на оккультизме нужно сосредотачиваться. Оккультные практики не всегда являются чем-то зловещим. Они просто скрыты от общества, — вместо того чтобы читать эту лекцию Алистеру, она переключает свое внимание на Девин и местных работяг, в надежде найти отклик от них. — Оккультизм может углубляться в магию, колдовство, викку20, — продолжает она, — или даже в сатанизм. Однако сам человек выбирает, разрушать или почитать. Человек может принять любую духовную концепцию, любую высшую мудрость для просвещения, но из-за эгоистичного тщеславия, жадности и стремлении к власти становится развратным. Мы наблюдали это много раз на примере мировых лидеров и тиранов, которые разрушают и убивают якобы во имя высшей цели или бога. Но злом является только человек, а не сама практика.

Алистер открывает рот, чтобы прервать ее, но Хэйлин, ничуть не смутившись, продолжает.

— Что касается профиля, то преступник искажает идеологию ради собственного тщеславия. Он воспринимает Фридриха Ницше как нечто вроде пророка, рассматривая его философский труд «Так говорил Заратустра» как руководство по эксплуатации, написанное для тех, кто сможет расшифровать три стадии восхождения к высшему существу. Стать сверхчеловеком.

Когда я начинаю отходить в дальний конец комнаты, Хэйлин заметно напрягается, как будто моя близость причиняет ей физический дискомфорт. Я не останавливаюсь, и она тоже.