Когда мы оказались в подъезде, голова заболела от внезапной тишины. Я облегченно выдохнул, и Пат повторила за мной. Ее дыхание тихим эхом пролетело по холлу.

– Второй этаж, – бросил я и направился вверх по лестнице.

Патриция ничего не ответила. Обернувшись, я увидел, что на полу под ней образовалась лужа, а с потемневших волос капала вода.

– Кошечка?

Она мелко дрожала.

– Что с тобой? – спустившись, попытался взять ее за руку.

Пат отпрянула. Бледное лицо блестело от дождевых капель, и если бы она плакала, я бы все равно этого не заметил.

– Просто дерьмовый день, – ответила она. – Второй этаж?

Мне оставалось только кивнуть. В квартире Пат скинула промокшее насквозь пальто, размяла плечи, выпрямила спину.

Я честно пытался не смотреть на ее грудь, но бессмысленно отрицать физическую привлекательность огненной чертовки, а также забыть ту ночь… Меня кинуло в жар, несмотря на промокшие вещи. Спокойно. Я выругался. Мы соседи – та грань, которую нельзя переступать. Мы абсолютно не подходим друг другу – та черта, что убережет нас от ошибок.

– В холодильнике есть пицца…

– Пойду в душ, ладно? – перебила Пат бесцветным голосом. – Извини. Долгий и трудный день. Не хотела грубить.

На мгновение я опешил от искренних извинений, застенчивой улыбки и теплоты ее голоса. Едва подавив неуместный импульс обнять Патрицию, я указал на нужную дверь. Пат все равно не приняла бы мои объятия. Думаю, она из тех, кто не признается в своей слабости. В этом мы похожи.

Зашумела вода, и я выругался, изо всех сил прогоняя образ голой Кошечки в моей ванной. Теперь придется воспринимать как должное, что Патриция ходит где-то рядом, красивая и недоступная.

В спальне я переоделся в сухую одежду и решил позвонить Дереку: обстоятельства изменились, я точно не приеду в воскресенье.

– Алло? Джон? Все нормально?

– Да, Дер, – разместившись в кресле, я закинул ноги на журнальный столик. – Вдруг подумал, что мог бы остаться в городе. Легче и удобнее вести переговоры с подрядчиками, находясь в Нью-Йорке. Поверь, они продуктивнее работают, когда чувствуют власть где-то рядом: похожи на детей, выполняющих работу по дому. Также я начну переманивать клиентов и персонал. В одном из клубов я встретил милую Доминатрикс…

– Ты сходил к ней на сессию и захотел остаться в великом и ужасном Нью-Йорке? – Дерек хохотнул. – А говорят, Париж город любви…

– Не ходил я к ней на сессию и по-прежнему считаю Нью-Йорк сраной помойкой, – недовольно пробормотал в ответ. – Дело вообще не в этом…

– Джон, где у тебя фен?

Я до боли стиснул зубы. Твою ж…

Патриция показалась в дверном проеме спальни. Твою ж, – дубль два. На ней только полотенце, а с влажных волос падали капли воды.

– Не пользуюсь феном, – просипел в ответ.

Патриция взглянула на меня, застывшего с телефоном, пожала плечами и вышла из комнаты.

– Это она? Та Доминатрикс?

Черт. Дерек на линии!

Я сглотнул.

– Нет… эм… Это Патриция Болдуин.

Бессмысленно отпираться.

Он все равно все узнает, лучше пусть от меня.

– Подруга Астрид?! Джон! Твою мать… – Кажется, я никогда не слышал в голосе Дерека столько эмоций. – Вы с ней?..

– Нет, – повторил куда увереннее.

Хранить секреты я умел, как и говорить необходимую долю правды:

– Патриция осталась без жилья, и раз мы по воле судьбы встретились, я предложил ей остаться. Знаешь же, какой я сердобольный.

– И поэтому ты не против задержаться в городе? – уточнил Дерек.

– Возможно. Как там мои новые сотрудники в магазине? Справляются?

– Я заходил в оптику позавчера, все отлично. Но что по финансам? Ты потянешь квартиру на длительный срок?

– В этом районе да, не беспокойся, – ответил грубее, чем Дерек того заслуживал. Терпеть не могу разговоры о деньгах.

– Давай я буду переводить тебе процент сейчас? – предложил он. – Ты занимаешься нашим общим бизнесом…

– Не нужно, – отрезал я. – Все в порядке.

Дер замолчал.

Нас обоих с недавнего времени напрягала разница статусов. Когда Ричардсон был просто солдатом и просто профессором зарубежной литературы, то все было… просто. Но пару месяцев назад он принял наследство, чтобы открыть свой БДСМ-клуб. Дерек вкладывал средства. Дерек рисковал. Что мог предложить ему я? Его «бизнес-партнер». Только дырку от пончика.

– Надолго все равно не задержусь, – решил я немного успокоить друга. – Вы приедете в июне? Тут будет чертовски хорошая погода! Район тоже отличный. Поселитесь в моей квартире, а я вернусь в Хейстингс.

– Вариант «остаться» ты не рассматриваешь?

– Нет, Дер. Я все решил.

Если бы и рассматривал, выбора у меня все равно не было. На кону кое-что большее. Но грузить Дерека своими проблемами я не стал. Попрощавшись, кинул телефон на журнальный столик и прикрыл веки.

– Я все испортила? – тихий, неуверенный голос.

Вау. Новые грани Патриции Болдуин. Я открыл глаза и спросил: