Секунду я медлил – с каких пор я стал таким нерешительным?

Нижняя указала в анкете, что хочет попробовать что-то новенькое. Она уже три года в Теме, но я все равно не был уверен, выдержит ли она мои практики. С сабмиссивом я всегда оставлял свободными либо рот, либо руки. Кляп выбрала она сама.

– На четвереньки.

Саба выполнила указание, а я потянулся к столу за необходимыми атрибутами. Взял смазку, налил на свои пальцы и медленно провел вдоль округлых бедер, погладил ее ягодицы. Мягкая, загорелая кожа. Я втянул носом воздух. Куколка. Нижняя медленно дышала и полностью мне доверяла. Подобная власть опьяняет. Вкупе с желанием причинить кому-то боль – и не поплатиться за это – я испытывал восторг, едва уступавший по силе оргазму. Пальцы свело от предвкушения, и я погрузил указательный в ее узкий задний проход. Саба выгнулась, вторую ладонь я положил ей на поясницу. Тише, детка. Мы только начали.

Но вслух я ничего не сказал – слова отвлекают. Хватало и того, что за стеной звучала приглушенная рок-музыка из основного зала. В большинстве БДСМ-клубов на первом этаже была зона отдыха – танцпол, бар. На втором этаже и в подвале проходили сессии.

Когда сабмиссив привыкла, я добавил второй палец. Слегка поводил внутри, растягивая ее. Мой член рвался из брюк, но я умел выжидать.

Хорошенько смазав, вытащил пальцы и потянулся к столу. Саба не знала, что я делаю, и ее била мелкая дрожь: наверняка в ее рассудке смешались тревога и предвкушение. Я взял банку, открутил крышку, достал почищенный корень имбиря. Фиггинг когда-то был видом пытки, а сегодня часто использовался в БДСМ-практиках. Я хорошо изучил табу моей нижней, и подобного в списке не было. Погладив ее ягодицы, я погрузил имбирь внутрь почти до конца, подобно анальной пробке. Но если пробка могла вызывать у партнерши дискомфорт, то имбирь, независимо от подготовки, начнет жечь изнутри – через минуту жжение станет невыносимым.

Сначала сабмиссив ничего не поняла: слегка повела бедрами и решила, что я закончил. Но я стоял перед ней, скрестив руки на груди. Время пошло.

Саба начала стонать сквозь кляп. Ее руки дрогнули в локтях, но она осталась в той же позе: стояла на четвереньках. А я смотрел, как она мучается, внимательно следил за реакцией и был готов в любой момент остановить пытку. Но саба не использовала стоп-жест. Она терпела, выгнувшись дугой. Я положил ладонь на ее левую ягодицу, прицеливаясь. Размахнулся и ударил со всей силы. Предыдущие сабы, с которыми мы практиковали фиггинг, рассказывали, что во время порки имбирь раздражал стенки еще сильнее. Я остановился, дал ей передышку, снова ударил. Саба плакала, я слышал ее приглушенные хрипы, но ее руки оставались сжаты в кулаки. Она не стучала. Любопытно, сколько она выдержит? Как скоро улетит в сабспейс?^[9] Но главное, когда закончится мое терпение? Ее боль действовала будто сильный афродизиак. Схватив нижнюю за волосы, я поднял ее голову. Слегка повернул. Посмотрел на ее лицо: заплаканное, все в соплях и слюнях. Превосходное зрелище.

Медленно я достал из ее задницы имбирь и кинул на стол. Кольцо мышц покраснело, я провел по нему пальцем, и саба застонала. Слегка подалась назад, будто требовала продолжения. Ненасытная. Я вновь шлепнул ее и достал из кармана брюк презерватив. Расстегнул ширинку, и член выскочил из боксеров. Раскатав по всей длине защиту, я добавил смазку и погрузился в ее вагину. Саба все стонала. Теперь – от удовольствия.

Набирая темп, я измучил ее, довел до оргазма и сам пришел к разрядке.

Секунду отдышавшись, оделся.

Саба ждала дальнейших команд. Ее ноги дрожали, грудь вздымалась, на лбу выступил пот, а лицо по-прежнему не высохло от слез. Я опустился перед ней на колено и провел по мокрой щеке ладонью. Едва сдержался, чтобы не дать пощечину – это было в ее табу. Забавно. Разрешать делать с собой извращения, но отказаться от ударов по лицу. Хм. Не мне ее судить.

Я расстегнул ремень на ее затылке и снял кляп. Саба шумно вдохнула и пару раз всхлипнула. Я помог ей подняться и указал на одну из дверей:

– Прими ванну, надень халат и возвращайся.

Повторять не пришлось. Она ринулась приводить себя в порядок, а я убрал все атрибуты и расстелил постель. Когда нижняя вернулась, то села рядом со мной. Я повернул ее спиной, растер плечи, помассировал голову. Взял с тумбочки горький шоколад и положил кусочек ей в рот.

– Спасибо, сэр.

– Как ощущения?

– Сначала было тепло. Я подумала, что вы залили в меня мед. Но потом… – она успокоилась, но ее тело помнило пытку. Сглотнув слезы, добавила: – Жар становился все сильнее. Мне казалось, я больше не выдержу… горячо, больно, невыносимо. Но…

– Но? – подтолкнул ее к ответу. Отрефлексировать – способ не получить психологическую травму.

– Но с каждой секундой мне становилось приятнее… Я не могу объяснить. Я гордилась собой. Я… чувствовала себя живой.