Затем они появились, выплывая из тумана, их тела находились в различном состоянии разложения. Некоторые были свежими, в основном в той одежде, которая была на них, когда они обратились, их лица были бледными. Другие были уже давно Жаждущими, их одежда лохмотьями свисала с молочно-белых тел, руки и ноги были тонкими, как кости, лица еще более впалыми и скелетными.

Глаза у всех горели багровым огнем.

Они наводнили землю и захлестнули нас в считанные секунды, скрежеща удлиненными пальцами и когтями, острыми, как два ряда зазубренных клыков. Когти, оставившие свой след на Деве. Когти, впившиеся в мою кожу.

Орда поглотила первую шеренгу стражников, повалив их на землю с криками и брызгами крови. Вторая линия вступила в бой, и ждать больше не пришлось. Жаждущие были повсюду.

Пришло время выпустить своего монстра на волю.

Я бросился вперед, перемахнул через упавшего стражника и коротким мечом срубил голову с плеч ближайшего Жаждущего.

Крутанувшись, я поднял другой меч, зацепив другого в области паха и рассекая его прямо посередине. Гнилые внутренности выплеснулись, забрызгав землю. Вонь разложения и затхлого сладковатого запаха усилилась, когда я отпрянул назад. Другой Жаждущий занял место того, что был передо мной, его когтистая рука скребла броню моей груди.

Ублюдок.

Ударив его ногой в грудь, я отбросил его назад. Еще один налетел на меня сбоку. Я ударил его мечом по шее и, извернувшись, занес другой клинок, пока остальные стражники сражались, удерживая свои позиции. Некоторые упали, и даже я, с моей скоростью, не успел добежать до них, как их накрыл Жаждущий. Уже не было диких залпов стрел, а были умелые, целенаправленные выстрелы. Заостренные наконечники стрел пролетали между стражниками и поражали Жаждущих.

Но у тех из нас, кто находился за пределами Вала, не было никакого мастерства в таком сражении. Никакого искусства. Не было размышлений, и в каком-то смысле это было своего рода освобождением. Все дело было в движении. Оставаться на ногах. Держаться вне пределов досягаемости. Я пробивал себе путь сквозь, казалось, бесконечную волну сухой, серой плоти. Я отрубал конечности. Разрывал кожу. Темный, маслянистый осадок стекал, присоединяясь к более яркой, красной крови, растекающейся по земле. Невозможно было определить, скольких я убил. Дюжина. Две? Три? Тем не менее, это заставило мое сердце и кровь бешено биться.

Это заставило замолчать мой разум.

Я крутанулся, ударил локтем в лицо Жаждущего, почувствовал, как кости захрустели, и рванулся вперед, отпихивая другого от упавшего стражника. Смертный обрушил свой меч на Жаждущего, вспышка белого цвета привлекла мое внимание. Я вскинул голову, когда мимо меня просвистела стрела и вонзилась в череп Жаждущего, подкрадывающегося к стражнику.

Королевского гвардейца.

Виктера.

Он стоял в нескольких футах от меня, его щеки были в крови, когда он повернулся к Валу. Был момент — краткий момент, когда я понял, что могу нанести удар сейчас и вывести его из строя, ранить настолько, что Жаждущий быстро прикончит его. Это было необходимо, потому что тогда его не будет рядом, когда придет время забирать Деву из города. Это был мой шанс. Прекрасный шанс. Пальцы судорожно сжались вокруг рукояти меча. Никто не узнает. Никто ничего не заподозрит.

Но я и не собирался.

Я даже не знал, почему.

Виктер обернулся и почти сразу же заметил меня. Наши взгляды на мгновение встретились, и мы оба как будто поняли одно и то же.

Если он был здесь, как и я, то это означало…

— Твою мать, — пробормотал Виктер.

— Черт.

Я повернулся, убирая меч в ножны.

Я бросился через скользкую, забитую телами толпу. Дева была надежно укрыта в замке, где ее не мог достать ни один Жаждущий, но это не означало, что она в безопасности.

Тем более что она была заперта с Вознесенными, и, хотя она была важна для них, я не доверял ни одному из них.

Схватив полуразорванную тунику Жаждущего, я швырнул его на землю и обрушил меч из кровавого камня прямо ему в грудь. Ругаясь, я убрал клинок и пошел дальше. Мне не хотелось уходить из боя, когда в орде еще оставалось приличное количество людей, но Дева была без охраны, а учитывая мою удачу…

У подножия Вала стражник выдернул свой клинок из груди Жаждущего. Тот попятился назад, поднимая рукоять меча. Кожа на его руке была изуродована.

Он был укушен.

Стражник повернулся, и в хаосе битвы его широкий взгляд столкнулся с моим. Я не узнал его. Я понятия не имел, кто он такой, но знал, что он понимает, что его сейчас ждет. Один укус. Это было все, что требовалось. Его челюсть сжалась в решимости.

Он опустил меч и вытащил кинжал, прикрепленный к бедру. Я сразу понял, что он собирается сделать. Он не колебался. Ни секунды, да и не мог, если надеялся закончить дело. Укус сделал бы это невозможным в считанные минуты.