То уважение, которое она выказала павшему стражнику.

Я взглянул на нее, сердце заколотилось. Она стояла так неподвижно, что я принял бы ее за одну из статуй, стоящих в садах, которые она любила посещать в сумерках. Вряд ли она могла разглядеть костер со своего места, ведь почти все, кто стоял перед ней, были выше. Как Дева, она могла бы пройти прямо на передний план и встать среди королевских гвардейцев. Именно там должен был находиться Виктер, но он оставался неподвижным рядом с ней. Она могла бы сесть у подножия этого проклятого костра, если бы захотела, но мне показалось, что ее тихое появление перед самым началом службы говорит о том, что она не хочет привлекать к себе лишнего внимания.

Она знала, что причина не в ее присутствии, и не хотела, чтобы все превратилось в это.

В отличие от меня, когда я провел вчерашний вечер в гневе.

Ну, если быть честным с самим собой, то мой гнев был больше из-за того, что ее ударили, чем из-за того, что Джерико не подчинился моим приказам. Мой взгляд сузился на том, что я мог видеть на ее лице — только нижнюю половину. Гнев снова вспыхнул, когда мои глаза сузились еще больше. Кожа у уголка ее губ была красной и тускло-синей.

Мне следовало бы отрезать его чертову голову, но это было бы безответственно и безрассудно, по крайней мере, по мнению Киерана.

Я наблюдал за ней, пока один из жрецов в белых одеждах монотонно говорил, повторяя обряды, как будто был в полусне. Он сыпал соль и масло на костер, и воздух наполнялся сладким ароматом.

Затем она двинулась.

Не очень сильно. Легкий рывок, когда она посмотрела на Виктера, а затем снова на тело Кила. Ее руки разжались, а затем снова соединились.

На костре я перевел взгляд с лейтенанта Смита на Янсена, который ждал, пока ветерок шевелил его белую мантию, держа в руках факел. Он смотрел на…

Виктера.

Черт.

По традиции, принятой среди гвардейцев, честь зажечь костер должна была достаться тому, кто ближе всех работал с покойным, но, сделав шаг вперед, Виктер остановился и вернул свое внимание к Деве. Я понял то, что поняла и она.

Виктер не оставит ее без защиты.

Переминаясь с ноги на ногу, Дева развела руками, и ее стойка практически вибрировала от волнения после такой неподвижности.

Я двигался, не успевая осознать, что делаю, бесшумно вклиниваясь в ряды стражников. То, что охранникам, кроме ее личных, было запрещено приближаться к ней, меня не остановило.

Подойдя к ним сзади, я негромко сказал:

— Я за ней присмотрю.

Дева снова стала невероятно неподвижной, настолько, что я подумал, не перестала ли она дышать. Виктер перевел взгляд на меня. На краткий миг я вспомнил, что он сказал мне утром во время тренировки. Холодный пресс тревоги вернулся.

— Присмотришь? — Спросил Виктер.

Я переместился к Деве и произнес слова, которые принадлежали Атлантии и были украдены Вознесенными.

— Ручаюсь своим мечом и своей жизнью.

Ее грудь неожиданно глубоко поднялась, подтверждая, что она, действительно, еще дышит. Слава богам.

— Командир сказал мне, что ты один из лучших на Вале. Он сказал, что уже много лет не видел твоего мастерства в обращении с луком и мечом, — сказал Виктер.

Я уже знал, что он обо всем этом думает. Он дал мне это понять в то утро, когда мы тренировались вместе. Но я все равно ответил. Сейчас было не время строить из себя идиота.

— Я мастер в своем ремесле.

— В каком же? — Спросил он.

— Убивать, — честно ответил я.

Я всегда был хорош в этом, даже до плена. С тех пор я стал только лучше.

— Она — будущее этого королевства, — сказал Виктер через мгновение, и краем глаза я увидел, как Дева так яростно выкручивает руки, что я не удивился бы, если бы она ушиблась. — Вот с кем ты стоишь рядом.

Что-то в том, как Виктер это сказал, задело за живое. Он сказал это из-за того, кем она была, или из-за того, что она символизировала? Я не был уверен, почему это имеет значение, но в тот момент это имело значение для меня.

— Я знаю, с кем я рядом.

Виктер ничего не ответил.

Тогда я произнес свою первую ложь из тех, что, как я был уверен, будут многочисленными.

— Со мной она в безопасности.

Виктер закончил разглядывать меня и повернулся к Деве. Я быстро сообразил, что он ждет, когда она скажет ему, что все в порядке.

Проклятье.

Честно говоря, я понятия не имел, как она к этому отнесется. Я не знал этого даже до ее маленького приключения в «Красной жемчужине», но теперь все могло обернуться в любую сторону. Неважно, что она не знала, что я знаю, что это была она. Она знала, что это я, и, как мне показалось, это было для нее несколько… неловко.

Дева кивнула.