Когда Эш доминировал, я не знала, почему это возбуждало меня до предела. А может, я знала, почему мне это нравится, но пока не хотела признавать. Но я знала, почему позволила ему взять мои руки и положить их на стол. Я знала, почему не сопротивлялась, когда он наклонил меня вперед, заставив встать на кончики пальцев ног. Я понимала, почему не запаниковала, когда его большая рука провела по центру моей спины, прижимая меня к прохладной, блестящей поверхности стола.

Я могла отказаться от контроля и отпустить себя.

Эш мог взять меня.

И я могла это позволить.

Потому что он понимал. Я доверяла ему и знала, что с ним я всегда в безопасности.

— Просто сделай мне одолжение в следующий раз и возьми с собой кинжал, — сказал он, проводя предплечьем между столом и моей щекой.

— Я… я могу это сделать.

— Хорошо, — Эш наклонился ко мне. Его губы были прохладными на моей челюсти. — Лисса?

— Да? — я вздохнула, глядя на открытые двери балкона за кувшином и пустыми бокалами на столе.

Он приподнял мое платье, провел шершавой мозолистой ладонью по бедру, а коленом раздвинул мои ноги.

— Я собираюсь трахнуть свою королеву.

О, боги.

Его рука проникла между моих бедер, и я прикусила губу так сильно, что у меня пошла кровь от контраста его прохладных пальцев и моего влажного жара. От его одобрительного гула, который исходил от него и вибрировал у меня за спиной. Я вздрогнула, когда его пальцы коснулись натянутого пучка нервов. Мои бедра дернулись, и я почувствовала, как толстая головка его члена упирается в меня.

— И я сделаю это, — его голос был шелковистым шепотом у моего уха, — так, как тебе нравится.

И он сделал это.

Я вскрикнула, когда он начал входить в меня. Каждый его дюйм посылал в меня волну удовольствия, настолько сильную, что она граничила с болью. Мое дыхание участилось, пока он продолжал заполнять меня, и между нами не осталось ни дюйма пространства. Боги, он… он казался еще больше. Я опустила взгляд на руку, прикрывавшую мою щеку, и увидела, что его тени почти затвердели. Я почувствовала, как напряглась вокруг него, а потом он начал двигаться, и стекла начали тихонько звенеть друг о друга.

В том, как Эш брал меня, не было ничего медленного или нерешительного. Каждый толчок его бедер был неописуем, каждое притяжение и толчок стимулировали каждое мое нервное окончание. Я хотела встретить его толчки, но его вес удержал меня на месте, а его губы прошлись по моей щеке и линии челюсти.

— Я чувствую вкус твоего желания, — его губы приблизились к раковине моего уха, а его сильное тело прижало меня к себе. — Я тону в его сладости.

Я застонала, когда по поверхности стола и вокруг моих рук закрутились ленты теней. Я закрыла глаза и прошептала: — Сильнее.

— Черт, — прохрипел он, ускоряя темп и входя глубже, сильнее. — Вот так?

— Да, — задыхалась я, крепко зажатая между ним и столом, полностью отданная на его милость. — Да.

Он входил в меня с такой силой, что это было одновременно и наказанием, и наградой. И, боги, мне это нравилось.

Мышцы внизу живота напряглись, и я почувствовала, что уже спешу к разрядке, когда Эш внезапно сдвинулся с места.

Он выпрямился, сложив одну руку между моих грудей, а другую — на талии, прижимая меня к своей груди. Мои ноги уже не касались пола, когда Эш вошел в меня, плавно останавливаясь и толкаясь, прижимаясь ко мне между толчками. Его пальцы обвились вокруг моего подбородка, и я вцепилась в его руки.

Возрастающее трение вызвало невероятную волну удовольствия, которая быстро нарастала. С трудом двигая бедрами, я покачивалась на нем. Это была необузданная потребность, ласкающая меня, как мягкое пламя, пробуждающая огонь, такой же сильный, как и все предыдущие.

Образовался тугой узел напряжения, то закручивающийся, то распутывающийся. Эш притянул меня к себе, крепко прижимая к себе.

— Лисса, — прохрипел он, касаясь плоти под моей челюстью.

Он наклонил голову, и я почувствовала, как его клыки вонзились в пространство между моим плечом и шеей, а сам он начал вздрагивать. Это было слишком. Разрядка Эша вывела меня за грань, и я кончила с горловым криком. Я разрывалась на части, разбиваясь на пропитанные экстазом волны, которые вздымались и опадали в течение, казалось, целой вечности. Эш держал меня все это время. Он не отпускал меня, пока его дыхание не замедлилось, а затем поцеловал мое плечо.

— Сера, — прошептал он, проведя губами по моему горлу и перейдя на все еще бешено бьющийся пульс.

Двойная вспышка вожделения и тревоги пронзила меня. Мои глаза распахнулись, когда давление сжало мою грудь, выбивая воздух из легких.

Я увидела золото.

Золотые слитки.

И почувствовал тепло на своей спине. Навязчивое тепло вместо успокаивающей прохлады плоти Эша. На секунду — не более чем на удар сердца — мое дыхание застряло в горле.

Хватит.