— Но я также знаю, что ты понимаешь, что это должно быть сделано. Если есть хоть какая-то надежда остановить Колиса и спасти королевства, остановить Гниение. Вот и все. И я не хочу тратить время, которое у нас осталось, на споры о том, что мы уже знаем, — сказала я ему. — Я хочу, чтобы ты выслушал то, что я должна тебе сказать.

Эш повернул шею в сторону, затем укоризненно кивнул.

Ладно, это не было голосовым выражением, но это было лучше, чем ничего.

— Я хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя, — начала я. Его глаза закрылись, а мои руки начали дрожать. — И я не перестану любить тебя. Я хотела бы сказать тебе больше, чем сказала, — боги, я хотела бы понять, что я чувствую, задолго до того, как это произошло.

— Я знаю, — сказал он, и эти два слова прозвучали так, словно вырвались из глубины его души.

Я шагнула вперед.

— И я хочу, чтобы ты знал, что ты ни в чем не виноват.

Грудь Эша вздымалась с глубоким вдохом.

— Ни в чем, — повторила я.

— Сера. — Он издал язвительный смешок и открыл глаза. Под его кожей появились тени. — Знаешь, что бы я предпочел сейчас делать?

Я могу рискнуть предположить.

— Что-нибудь другое?

Он покачал головой.

— Не только что-нибудь другое. Я думал о разных вещах.

— Например… например, что?

— Научить тебя плавать, — сказал он без колебаний. Моя грудь сжалась. — Показать тебе больше Илизиума. Возвращение в пещеру — думаю, тебе там понравилось.

— Да, — прошептала я.

— Я бы предпочел лежать с тобой в постели, сидеть вместе на балконе дворца, чтобы ты рассказала мне все то, чем не поделилась со мной, когда выросла. Тренироваться с тобой. Сражаться с тобой. Даже спорить с тобой. — Тени углубились под его плотью. — Но единственная причина, по которой мы стоим здесь и ведем этот разговор, вместо того чтобы делать все эти вещи — исследовать бесчисленные способы, которыми я мечтал трахнуть тебя, — это то, что я сделал.

Мои мысли застряли на конкретной части его слов.

— И что же это за бесчисленные способы?

Перемена, произошедшая с Эшем, была быстрой и пьянящей. Его подбородок опустился, а яркие черты лица потеплели, когда тени исчезли.

— Я с удовольствием покажу тебе.

По моим венам разлилось тепло, что было совсем некстати в данный момент. Я покачала головой.

— Ты уверена? — Его шелковистый голос потянулся ко мне, как нить темного тумана.

— Да, — заставила я себя сказать. — К сожалению. — Я перефокусировалась. — Послушай, ты сделал выбор, основываясь на тех знаниях, которые у тебя были. Ты не совершал неправильных поступков.

Покачав головой, он отвел взгляд. Мышцы на его челюсти напряглись.

— Твой отец даже не виноват — не совсем. Айри сделал так, что ни он, ни кто-либо другой, кто знал, не мог рассказать тебе, — повторила я то, что говорил ему раньше. — Ты не знал, что все это случится.

Мышцы напряглись еще сильнее.

— Я тебя не виню. — Я придвинулась ближе. — И я знаю, что это не то, в чем я могу тебя убедить. Тебе нужно прийти к пониманию, к принятию. И мне это нужно, потому что я хочу, чтобы ты мне кое-что пообещал.

Он слегка повернул голову в мою сторону.

— Я… я хочу, чтобы ты жил

, — начала я. — После того, как с Колисом будет покончено, и ты займешь свое законное место Короля Богов…

— Это не мое законное место.

— Эш…

— Это твое законное место.

Мои брови сошлись.

— Что? Я не Первозданная. Я даже не богиня.

— Но эти угли? — сказал Эш. — Они стали твоими.

Эти угли слабо гудели во мне, но я не стала такой

, даже если бы у Эша была его кардия и он смог бы меня вознести. Угли, скорее всего, заставили бы мое тело взорваться или сделать еще что-нибудь неприятное и отвратительное.

— И они станут твоими.

Губы сжались, он отвернулся.

— И я не хочу, чтобы ты остался один после того, как это случится.

Эфир в его глазах потускнел.

— Что ты хочешь сказать, Сера?

— Я… я говорю, что хочу, чтобы ты жил. По-настоящему жил

, Эш. — Я сцепила пальцы. — Я хочу, чтобы ты нашел способ восстановить свою кардию

.

— Добрые судьбы. — Он провел рукой по волосам.

Не сдаваясь, я пошла дальше и остановилась перед ним.

— И я хочу, чтобы ты позволил себе любить.

Его рука упала, сжавшись в кулак.

— Ты, наверное, издеваешься надо мной.

— Нет. — Я подняла на него глаза. — Я хочу, чтобы ты позволил себе любить и быть любимым, Эш. Ты более чем достоин этого. Ты заслуживаешь этого. Больше, чем кто-либо из тех, кого я знаю.

— Мне плевать на то, чего я якобы заслуживаю, — прорычал он, тени кровоточили по его плоти. — Ты серьезно просишь меня найти способ полюбить другую?

— Да.

Он уставился на меня, его грудь тяжело вздымалась.

— Я… я никогда не смогу этого сделать.

Давление сжало мою грудь.