До того, как она будет готова.

Кислый вкус собрался у меня во рту, когда я положил руку на грудь. Эш спросил, все ли со мной в порядке, и я кивнула. Я не чувствовала себя по-другому, но все же чувствовала. Присутствие, которого я не замечала большую часть своей жизни, исчезло, но прощальные слова Сотории остались.

Мы еще встретимся

.

Глава 37

Мы тенью вернулись в Бонеленд, оставив Киллу и Аттеза на равнинах Тии.

Глядя на корабли в море, я жалела, что не могу увидеть больше Двора. Он был прекрасен.

Килла обняла меня перед отъездом. Аттез не обнял. Вероятно, потому, что Эш выполнил бы свою угрозу вырвать Первозданному язык. Вместо этого он положил руку на сердце и поклонился.

Я напомнила ему о его обещании, данном мне, когда Эш прощался с Киллой: он должен был поддержать Эша.

— Я не забыл, Серафина, — ответил он. — Я буду его поддерживать.

— Сера, — поправила я его.

Аттез улыбнулся, но ямочки не появились, а глаза стали грустными. Я надеялась, что они с Эшем смогут наладить отношения и стать не просто товарищами. Я надеялась, что они станут друзьями, как те, с кем Эш общался сейчас.

Мы еще встретимся.

Голос Сотории не показался мне галлюцинацией, но что она имела в виду? Когда мы оба уйдем из жизни? Для меня это будет скоро,

очень скоро

Но она?

Мой желудок снова сжался, когда я подумала о том, что она пролежала в этом бриллианте неизвестно сколько времени, только чтобы возродиться, вырасти и снова оказаться в руках Колиса и его одержимости. Это было неправильно. Я должна была сказать об этом.

Я обернулась на звук шагов и увидела Элиаса, который был в сознании, когда мы вернулись. С его лица была смыта золотая краска. Всегда трудно определить возраст бога, но его квадратное лицо выглядело моложе, чем я ожидала.

— Прости за то, что случилось, когда ты только прибыл сюда, — сказала я.

— Ничего страшного. Я лучше буду подозрительным и попрошу прощения, чем погибну. — Он потрогал затылок, глядя туда, где Итан сидел на скале, на которой раньше была Аурелия. — Хотя я надеюсь, что на мою голову больше не упадет ни одного камня.

— Полагаю, тогда тебе придется держаться подальше от дракенов, — сказала я.

Элиас посмотрел на море.

— Все ли прошло успешно с бриллиантом?

— Да. — Я посмотрела на его подбородок. — Ты родом из двора Аттеза?

Он кивнул.

— Он как-то повлиял на то, что ты стал охранником Колиса?

— Да. Замолвил словечко, но и мне пришлось потратить время, чтобы добиться этого. — Он нахмурился, неловко переместившись на ногах. — Он не мог рассказать тебе обо мне, понимаешь? Это был слишком большой риск.

— Я знаю.

Он перевел взгляд на меня.

— А ты?

— Я могла бы использовать эту информацию как инструмент для заключения сделки.

— А ты бы смогла?

Я наблюдала за Эшем, пока он разговаривал с Сэйоном и Рахаром, ветерок шевелил его волосы.

— Смотря что.

Элиас проследил за моим взглядом.

— Ты готова на все ради него.

— Смогла бы.

— Значит, он счастливчик, раз хоть день может иметь такую преданность. — Появилась короткая улыбка. — И у меня такое чувство, что я буду покойником, если он застанет меня за разговором с тобой.

Мои губы дрогнули.

— С тобой все будет в порядке. Аттез? Вероятно, это совсем другая история.

Элиас усмехнулся.

— Аттез умеет вызывать такую реакцию у других. — Его глаза сузились. — Кажется, кто-то хочет поговорить с тобой.

Я проследила за его взглядом и увидел, что к нам направляется Рейн.

— Прошу прощения. — Элиас поклонился.

Я закусила губу, когда Элиас отошел, и его быстро перехватил Карс, а затем переключила внимание на Рейна.

Он остановился в метре от меня.

— Я бы спросил, как ты себя чувствуешь, но…

— Да, — пробормотала я. — Спасибо, что не спросил.

— И заставил бы тебя лгать?

Я кивнула, теперь уже неловко переминаясь с ноги на ногу.

— О. — Я потянулась вверх и расстегнула ожерелье Айос. Я протянула его ему. — Ты можешь вернуть его Айос? Или отдать Беле?

Рейн уставился на серебряную цепочку.

— Это ты должна вернуть ей. — Он взял цепочку.

— С удовольствием, — сказала я ему, глядя на потрескавшийся мраморный пол. — Кстати, у тебя очень интересный талант. Общаться телепатически.

Яблоки его щек совпали с его волосами.

— Да, это не то, что я рекламирую. Я даже не так хорош в этом, как считает Колис.

Я сомневалась в этом.

— Мне жаль твоего отца и брата.

Прищурившись, он кивнул. Его грудь поднялась.

— Я хотел… хотел поблагодарить тебя за…

— Ты не обязан.