Когда я подняла голову, руки Эша не ослабли. Туман вокруг нас начал рассеиваться, птичье щебетание затихало, открывая взору зелень — множество сочных зеленых листьев. Я увидела низкие, прижатые к земле вечнозеленые растения, кусты, цветущие бледными цветами, и деревья с покрытыми виноградной лозой стволами и размашистыми сучьями, усыпанными широкими листьями.

— Хм, — пробормотала я, держа в правой руке бриллиант — Звезду.

Эш протянул руку, его пальцы запутались в моих мокрых волосах.

— Что?

— Я в некотором замешательстве. — Я посмотрела направо и увидела то же самое. — Для места под названием Бонеленд я ожидала увидеть кучу костей.

— Посмотри вниз, лиесса.

.

Мой взгляд вернулся к нему, глаза расширились. Часть меня не была уверена, что я хочу этого, но любопытство всегда, всегда побеждало.

Уголки моих губ опустились.

— Все, что я вижу, — это грязь и трава.

— Если бы мы стояли на этом самом месте в конце времен Древних, мы бы стояли на останках тех, кто пал в бою, — сказал он. — И эти кости до сих пор здесь, только за тысячелетия их вновь заняли земли. Почти все к востоку от Скотоса до Бухты выросло из останков тех, кто погиб.

Моя верхняя губа скривилась, когда я сдержала желание прыгнуть в объятия Эша. Я видела много отвратительных вещей. Да и сама делала немало. Но это почему-то показалось мне гораздо более тревожным.

— То, что мы, по сути, стоим на могилах только боги знают скольких скелетов, меня немного пугает. И это кажется немного неуважительным.

— Дракен с тобой согласен. — Он провел пальцами по моим волосам. — Они считают Бонеленд священными.

Я это слышала. Я откинула голову назад. Солнечные блики заиграли на изгибе щеки и челюсти Эша.

— Что именно послужило причиной войны с Древними?

— Одна вещь. — Его взгляд скользнул по моему лицу. — И в то же время много чего.

— Полезный ответ.

Появилась слабая ухмылка.

— Древние никогда не чувствовали того, что чувствуют смертные, или даже Первозданные в возрасте моего отца до того, как первый из них влюбился. Они просто не были… созданы такими, — сказал он, проведя рукой по моим волосам и подбородку. — Но это не значит, что они были равнодушны к нуждам своих детей или смертных, которые со временем заселили земли к западу от Илизиума. Они были полны сочувствия… пока не перестали им сочувствовать.

— Что же заставило их измениться?

— То же, что происходит с любым существом, которое видит, что прошло слишком много времени. — Его большой палец скользнул по моей нижней губе. — Они теряли связь с теми, кто происходил из их плоти, и со смертными, со временем видя все меньше и меньше того, что делало тех, кто населял эти сферы, прекрасными. Отец говорил, что они стали воспринимать все, что не создано ими, как паразитическое. Изменения, которые смертные вносили в их царство, не помогали. Древние были особенно недовольны тем, что во имя прогресса уничтожались земли. Слишком много лесов было вырублено и заменено фермами и поместьями. Дороги заменяли почву. Города строились на лугах. Когда они смотрели на смертное царство, они видели только смерть.

— Правда? — Я вытянула это слово.

Эш кивнул.

— Мой отец говорил, что древние не только видели, но и могли соединяться с душами всех живых существ. К ним относились высшие формы жизни, такие как мы с тобой, а также животные и растения.

Между моими бровями образовались складки.

— У растений есть душа?

— Так, по словам моего отца, утверждали древние.

— То есть, как я понимаю, ни ты, ни старшие Первозданные не видят этого?

— Верно. — Его большой палец еще раз провел по моим губам. — Древние пришли к убеждению, что смертные и земли не могут сосуществовать. Они решили, что должны сделать выбор.

— Смертные или… или деревья?

— Смертные не могут существовать без щедрот земли, — сказал он. — Поэтому для них выбор был прост. Они решили очистить землю от смертных.

— Дорогие боги, — пробормотала я. — И они смогли это сделать?

— Древние были… ну, помнишь, что говорилось о Первозданном Жизни и Смерти? О том, что такое существо может и разрушить царства, и воссоздать их на одном дыхании?

— Да. — Я содрогнулась при мысли о том, что Колис обладает такой силой. — Древние могли это делать?

— Поначалу. К счастью, некоторые из них осознали опасность того, что любое существо обладает такой безграничной силой, и предприняли шаги по ее уменьшению задолго до того, как первый смертный вздохнул. И сделали они это, создав потомство из своей плоти.

— Первозданных, как твой отец?

— Да. Они передавали часть своей энергии — свою сущность — каждому из своих детей, таким образом, разделяя их способности между собой и, следовательно, создавая баланс сил, который был общим.

Что-то в его словах показалось знакомым.

— Когда Древние решили очистить землю, Первозданные и боги объединили свои силы со смертными, дракенами и их предками, чтобы дать отпор. — Он остановился. — Даже Колис сражался бок о бок с моим отцом. Тогда было другое время.