Пристальный взгляд Киллы переместился на меня, в ее глазах закружился огонь, в то время как пристальный взгляд Колиса сверлил меня. Мне хотелось закричать:

— Нет!

Но сделка…Свобода Эша. Вкус рвоты наполнил мое горло, когда я сказала:

— Да. Я здесь по собственной воле.

Глава 24.

Я никогда не знала, что полуправда может быть такой же неприятной, как удар в грудь.

Но теперь я это сделала.

— Это решило ваши проблемы? — Спросил Колис.

Напряжение сжало уголки рта Киллы, когда она резко кивнула Колису.

— Спасибо.

Я наблюдала, как она отступила назад и повернулась, мои плечи опустились под внезапной волной усталости.

— Килла? — Позвал Колис.

Она остановилась, снова повернувшись к нам лицом.

— Да, Ваше Величество?

— Похоже, ты забыла о клятве, которую дала мне. Задашь мне еще один вопрос, и ты окажешься в Карцере, — предупредил он своим мягким, беззаботным голосом. — Ты понимаешь?

Килла склонила голову.

— Да.

— Хорошо. — Колис откинулся на спинку стула, допивая свой напиток.

Первозданная богиня бросила на меня последний взгляд, а затем повернулась, растворяясь обратно в небольшой толпе. Я не знала, поверила ли она мне. Я сомневалась в этом.

И все же полуправда обожгла мне горло.

Та же слуга, что и прежде, вернулась, чтобы наполнить чашу Колиса из графина. Она снова ушла, но на этот раз, направившись к двери, не вышла в коридор.

Один из неизвестных богов, сидевших на кушетке, схватил ее за талию. Она едва смогла удержать свой плетеный поднос и графин, когда бог усадил ее к себе на колени. Он что-то сказал ей, и она коротко кивнула ему, прежде чем поставить поднос и бутылку на пол.

Мои глаза сузились, когда его голова исчезла в изгибе ее шеи. Секундой позже ее тело дернулось, и единственное нарисованное крыло, которое я могла видеть, исказилось от боли.

— Что ты делаешь, солис? — Тихо спросил Колис.

— Я не… — Я замолчала, осознав, что наклонилась вперед, готовясь встать. Желудок скрутило, я смотрела, как разглаживается нарисованное крыло, когда она расслабилась в его объятиях. Я заставила себя откинуться на спинку стула. — Слуги выбраны? — Спросила я.

— Так и есть.

Значит, я была права, когда подозревала это, когда была здесь с Эшем. Заметив, что Каллум и Элиас стоят рядом, я спросила:

— Они тоже входят в меню закусок?

— Иногда, — лениво ответил Колис.

Огонь гнева окрасил мою кожу, когда я увидела, как рука бога соскользнула с ее бедра, чтобы проникнуть между ее бедер.

Я отвела взгляд, обнаружив, что Аттез отошел, чтобы поговорить с Киллой, которая, как я предположила, ушла. Они стояли в глубине зала, склонив головы и прижавшись друг к другу. Их разговор казался… напряженным. Я увидела, что Кин сидит на одном из стульев, расположенных у колонн, с бокалом в руке.

Свирепо смотрит на меня.

Я проигнорировала его, мое внимание вернулось к нише и слуге, все еще удерживаемому в объятиях бога. У меня начала болеть челюсть.

— Я вижу, тебе это не нравится, — вздохнул Колис. — Они избранные, солис.

Да, то, что я увидела, мне не понравилось.

То, что он постоянно называл меня своей душой, тоже вызывало у меня неудовольствие.

— Они должны служить мне и моим богам. Иногда это делается путем подачи им напитков. В других случаях это происходит из-за того, что они… являются напитком. — Он рассмеялся, явно наслаждаясь тем, что, по его мнению, было умной шуткой.

Милостивые боги. Я не знала, смогу ли я подавить свой темперамент и оставаться чистым холстом до тех пор, пока Эш не будет освобожден. Потому что я видела красное.

Что означало, что я была не совсем пустым местом.

— Это то, что она выбрала? — Спросила я, как только поняла, что мой голос не выдаст моего почти всепоглощающего желания совершить кровавое и жестокое убийство.

Мимолетный юмор исчез из его тона.

— Почти весь их выбор был сделан за них с рождения.

Моя голова дернулась в сторону, когда я посмотрела на него снизу вверх.

— Вижу, я задел за живое, — сухо заметил он, бросив взгляд на слугу. — Кажется, она наслаждается собой.

Женщина напряглась, почувствовав руку у себя между ног, ее глаза закрылись, а губы приоткрылись.

— Это ничего не значит, когда укус может принести нежелательное удовольствие.

Его пристальный взгляд скользнул обратно к моему. Золотистые крапинки замерли.

— Я чувствую, что это имеет больше отношения к нам, чем к ним.

Моя спина напряглась.

— Это не так.

— Ложь, — пробормотал он, отпивая из своего кубка.