— Спасибо. — Затем у меня развязался язык, и я не была до конца уверена, почему я сказала то, что сделала дальше, и почему эта мысль вообще пришла мне в голову. — Но тебе больше нравится, как я выглядела раньше.

Неровный изгиб его губ исчез. Прошло несколько ударов сердца.

— Да. — Его взгляд переместился на мои волосы. — Это был такой потрясающий оттенок красного — цвет, похожий на самое крепкое вино. — Он моргнул. — Мы должны что-то с этим сделать.

Мои брови сошлись на переносице.

— Пойдем, — повторил он, как будто я была медленно передвигающейся собакой. — Они ждут нас.

Они.

Те, кто не так давно стоял и наблюдал, как я короновалась как Супруга Царства Теней и выходила замуж за Эша, теперь будут наблюдать за тем, чего бы ни потребовал от меня Колис.

В последний раз, когда я стояла перед теми, кто стоял за дверями, я была одета в серебряные кружева и мерцала, как далекие звезды, пробуждающиеся к жизни наверху.

Теперь я была украшена золотом, и мне пришлось бы…

Мне нужно было вести себя так, как будто я, по крайней мере, терпимо отношусь к Колису. Хотела быть здесь. У меня пересохло во рту. Мне было все равно, что они думают обо мне, но мне было не все равно, что это будет значить для Эша и какую поддержку он попытается получить от них.

Тревожное беспокойство поднялось во мне, переплетаясь со струйками печали. Это была мощная смесь, бурлящий водоворот эмоций, принадлежащих как Сотории, так и мне. Я чувствовала, как сущность набухает внутри меня, и знала, что если я просто отпущу ее, она вырвется наружу, обрушив опустошение, которое я чувствовала внутри себя, на всех тех, кто находится за дверями.

Боги, маленькая часть меня хотела, чтобы это произошло. Хотела, чтобы все они знали, каково мне было внутри. Испытать зияющую безнадежность и горькое отчаяние. Весь этот удушающий страх и душераздирающий стыд. Я хотела, чтобы они страдали так же, как страдал Эш — как страдали многие бесчисленные другие. Я хотела взять на себя всю боль и заставить их утонуть в ней.

Мое тело покалывало.

И, боги, внутреннее знание, исходившее от тлеющих углей, знало, что если я просто отпущу это, то то, чего я хотела, станет реальностью. Я могла бы это сделать. Я могла бы сбить Колиса с ног. От этого потенциала у меня перехватило дыхание…

Вздрогнув, я быстро заморгала. О чем я только думала? Мое сердце бешено колотилось, когда я сжала руки в кулаки. Милостивые боги, у меня была мания величия. Угли, может, и могущественны, но недостаточно, чтобы справиться с бог знает сколькими богами, Первозданными существами и Колисом.

Угли затрепетали, когда я сделала долгий, глубокий вдох. Я очистила свой разум точно так же, как делал это, когда моя мать отправляла меня по своим поручениям. У меня была работа, которую нужно было выполнить. Мнение, которое, несомненно, сложилось бы обо мне у Первозданных, не имело значения. Помогло только обеспечение свободы Эша. Я бы справилась с этим, а потом спросила Колиса об Эше. Я быстро потянула несколько распущенных локонов вперед, прикрывая заживающий укус и обеспечивая некоторое прикрытие того, что не скрывало платье. Когда я следовала за Колисом, мои шаги были уверенными, несмотря на то, что я не чувствовала пола под ногами.

Разговоры под открытым потолком большого зала стихли. Когда гудение в тлеющих углях медленно затихло, мой взгляд скользнул по широким мраморным и золотым колоннам, обрамляющим массивный круглый зал Совета, который, должно быть, был по меньшей мере вдвое меньше того, что был в Лете.

На колоннах виднелись едва заметные трещины.

На каждой второй были зажжены факелы, отбрасывающие огненный свет в углубления за ними, куда не мог проникнуть угасающий солнечный свет. Многочисленные длинные диваны и кресла с драпировками цвета слоновой кости были разбросаны и больше не заняты. Десятки людей стояли у подножия помоста, их склоненные головы были размыты, когда я проследила за золотыми прожилками на мраморном полу в другой конец зала…

Туда, где лежал огромный дракен, его широкая челюсть и плоский, широченный нос покоились на полу. Из его головы торчало несколько рогов, загибающихся назад. Они должны были быть длиной с одну из моих ног, если не больше. Чешуя дракена была цвета камня теней, и каждая из них выглядела так, словно ее окунули в малиновый цвет. Крылья были плотно прижаты к бокам, а длинный шипастый хвост дернулся, когда охранник осторожно переступил через него.

Дракен был… он дремал.

Нектас был самым крупным дракеном, но этот должен был быть почти вторым или равным ему.

Кто это был?