В зале стояла удушающая тишина, пока я смотрела перед собой, никого конкретно не видя. Кроме Аттеза, что подумали Первозданные, увидев меня? Они все знали, что Эш сделал с Хананом, поэтому они знали или, по крайней мере, подозревали, что Колис похитил меня. Фанос знал, потому что Колис привел меня к нему, когда я была при смерти.

Слуги входили в холл через дверь в нише справа от нас. Женщины выглядели такими, какими я их запомнила, в свободно облегающих платьях пеплос, почти прозрачных, с золотыми браслетами на руках от запястий до локтей, а их лица были раскрашены в виде золотых крыльев.

— Какой приятный сюрприз видеть сегодня так многих из вас, — сказал Колис, и его летний голос был наполнен теплотой и дружелюбием. Если бы я не знала Колиса, я бы поверила тому, что он сказал. — Пожалуйста, угощайтесь, прежде чем мы начнем.

Начнем что?

Длинные, волнистые светлые волосы привлекли мое внимание. Я посмотрела налево, мимо все еще спящего дракена, пока мой взгляд не столкнулся с рубиново-красными глазами и знакомыми красивыми, но самодовольными чертами лица.

Диаваль, дракен.

Он прислонился к колонне, скрестив руки на обнаженной груди. Как и любил Нектас, на нем были свободные льняные брюки.

Поджав губы, я наблюдала, как он переключил свое внимание на кого-то рядом с собой. Я не узнала, кто бы это ни был, и была уверена, что узнала бы, потому что этот мужчина… ну, он был красив.

Его кожа напомнила мне цветущие ночью розы, скулы высокие и острые, лицо идеально симметричное. Его черные волосы длинными, похожими на веревки прядями ниспадали на плечи и доходили до середины спины. Прищурившись, я смогла разглядеть слабый отпечаток чешуи на его плечах, когда он кивал в ответ на все, что говорил Диаваль.

Я еще раз оглядела Зал, обнаружив еще одного, который, как я подозревала, тоже был дракеном. Черноволосый мужчина стоял между двумя колоннами справа, куда торопливо входили и выходили слуги. Он был достаточно близко, чтобы я могла разглядеть бугорки на светло-коричневой коже его плеч.

Он тоже был не один. Рядом с ним стоял еще один мужчина, одетый так же, как обычно одевался Каллум, в белую тунику с золотыми крапинками и брюки. Хотя раскрашенная маска скрывала многие черты его лица, я увидела жуткие, безжизненные голубые глаза и заподозрила, что знаю, кто это был.

Выживший, Дайз. Тот, кто не остался мертвым даже после того, как Эш вырвал его сердце.

Я посмотрела назад, где несколько охранников и другие люди стояли возле колонн и между ними. Все они были слишком далеко, чтобы разглядеть в них какие-либо подробности. Итак, здесь было по меньшей мере три дракена в их смертных обличьях, один очень большой дракен все еще спал, и только богам известно, сколько ревенантов. Я чувствовала, что это было что-то важное, о чем нужно было знать.

К помосту приблизился слуга, остановился, чтобы поклониться, прежде чем медленно подняться по ступеням. Стройная женщина несла на своем плетеном подносе только две инкрустированные рубинами чаши и первой подала Колис. Когда он взял свой бокал, она повернулась ко мне и слегка наклонилась, протягивая оставшуюся чашу.

— Пей, — тихо приказал Колис.

Это горячее ощущение покалывания усилилось, когда я потянулась за бокалом. Он не позволил мне самой выбирать, что бы я хотела. Я ясно видела, что это была какая-то жидкость янтарного оттенка, а не крепкое вино «Радек», которое, как мне говорили, является афродизиаком.

— Спасибо, — пробормотала я, когда теплый ветерок пронесся над возвышением.

Бледнокожая служанка, не встретившись со мной взглядом, кивнула и затем ушла, не сказав ни слова. Ее движения были грациозными, когда она обходила тех, кто оставался на полу и не отступил в зону отдыха в глубине зала.

Внезапное тихое покашливание чьего-то горла привлекло мое внимание, заставив сосредоточиться на звуке.

Первозданная богиня Килла стояла в нескольких футах от помоста.

Пальцы Колиса начали лениво постукивать по подлокотнику трона.

— Килла, — признал он через мгновение. — Я удивлен видеть тебя здесь сегодня.

— Я знаю, я не указывала, что нуждалась в вашем времени во время суда, — сказала она, и теперь я поняла, что это было. У Колиса был Суд, время, когда боги — и, как я предположила, Первозданные — могли обращаться с просьбами или высказывать жалобы. — Но я надеюсь, что смогу воззвать к вашей милости и поговорить с вами до того, как это начнется.

Его милости? Я чуть не фыркнула.

— Ты всегда привлекала мою добрую сторону, — сказал он, и часть теплоты покинула его тон. — Независимо от того, оправдано это или нет.

Я подумала о том, как Килла помогла Эйтосу с душой Сотории, и решила, что это были раскопки, которые провел Колис.

Однако Килла никак не отреагировала на это, стоя с прямой спиной и ослабленным сцеплением рук.

— Итак, — протянул Колис. — Что привело тебя сегодня?

Килла вздернула подбородок.

— Она.

Я выпрямилась в удивлении.

— Конечно, — пробормотал Колис.