Резким движением я поднимаю зажатый в руке пистолет, направляя ствол ему в голову. Пространство между нами вибрирует от смертельного напряжения. Мы застываем друг напротив друга. Человек и монстр, порядок и безумие сошлись в последнем смертельном поединке, чтобы решить исход войны, длящейся уже слишком долго.

— Не я, а ты мечтал стать богом, Аристей, — хрипло произношу я, усиливая давление на курок. — Но ты забыл, что боги гибнут от рук создавших их творцов.

— Ты обвиняешь меня в своих собственных грехах, — цинично скалится ублюдок. — Мы оба хотели перекроить мир, изменить саму его суть. Единственная разница — я никогда не прятал своё безумие под лицемерной маской морали. Хочешь меня уничтожить? Но… возможно, есть лучший выход — мы можем поделиться… — он выразительно приподнимает опаленные брови, в желтых глазах мелькает безумие угодившего в капкан хищника.

— Мир не делят с паразитами, их выжигают, — без колебаний бросаю я, уверенно надавливая на курок.

Реальность сжимается до одной ослепительно яркой точки. Два выстрела звучат одновременно, сливаясь в один оглушительный хлопок. Его пуля врезается мне в грудь, ломая рёбра, вспарывая плоть и заполняя лёгкие горячей кровью. Боль вспыхивает в теле огненным вихрем, поглощая сознание, но сквозь завесу надвигающейся темноты я вижу, как моя пуля наконец достигает цели.

Голова Аристея разлетается фонтаном крови, осколками костей и сгустками плоти, оставляя на стенах и потолке искорёженного вагона алые брызги и жуткие отметины, словно ставя финальную последнюю роспись этой кровавой эпохи.

С нечеловеческим усилием поворачиваю голову, глядя, как Харпер медленно поднимается с пола. Зажав ладонью рваную рану, он не сразу обретает равновесие. Мощное тело сотрясает внутренняя дрожь, мышцы судорожно сокращаются, в глазах полыхает желтый огонь, отражая столкновение двух противоположных начал.

Превозмогая боль, я вскидываю пистолет, целясь ему в грудь.

— Отзови мутантов, Харпер. Немедленно, — хрипло произношу я, с трудом выталкивая слова сквозь подступающую к горлу вязкую кровь. — Заставь их убивать друг друга.

Он поднимает на меня взгляд, полный нечеловеческого напряжения и мучительной борьбы с самим собой.

— Я не смогу… заставить их всех, — хрипло выдыхает он, сквозь сжатые зубы.

— Тех, кто останется, добьют войска Дерби… Эрика Дерби, — сражаясь с подступающей тьмой, сбивчиво выдавливаю я, сплевывая сгустки крови. — Сделай это, Кайлер. Ради нее. Ради Ари… Сейчас.

Харпер застывает на мгновение, затем с его губ срывается низкий рык, наполняющий пространство почти осязаемой вибрацией.

Секунду спустя снаружи раздаются чудовищные вопли и оглушительный грохот. Смертоносная орда, только что атаковавшая бойцов единым фронтом, теперь разрывает саму себя на части. Дикие вопли обезумевших шершней и триумфальные возгласы солдат становятся неопровержимым свидетельством того, что приказ единственного лидера мутантов был услышан и принят к исполнению.

Перед моим затухающим сознанием, сквозь густеющий туман боли, на мгновение ясно вспыхивают лица Дианы и моих детей, которых я так жестоко и отчаянно любил, и которым сейчас оставляю будущее, очищенное от тьмы моего наследия. Я не позволю монстру, живущему внутри Харпера, однажды поднять голову и обратить свою ярость на людей. Не теперь, не в этот последний миг, когда я всё ещё способен удерживать судьбу мира в своих руках.

— Я не оставляю тебе выбора, Кайлер, — с трудом произношу я, каждое озвученное слово стоит мне неимоверных усилий. — Лучше умереть человеком, чем позволить истории повториться. Игра окончена. Теперь уже навсегда…

Последний выстрел звучит оглушительно громко. Пуля с беспощадной точностью поражает грудь Кайлера, он вздрагивает, пошатывается и тяжело оседает на колени. Его глаза постепенно затухают, безумие и ярость гаснут в них, уступая место непроглядной тьме.

Силы покидают меня стремительно и безвозвратно. Я чувствую, как в каждую клетку тела проникает могильный холод, как постепенно останавливается время и исчезает боль. Я умираю, отдавая жизнь за будущее, которого уже никогда не увижу.

Думаю, это достойная цена.

Эрик Дерби

Пять лет спустя. Астерлион

Пламя от множества факелов лениво колышется от легкого дуновения ветра, выбрасывая рыжие снопы искр. Пепел осыпается на брусчатку и разносится по узким чистым улицам, в то время как огненные светлячки устремляются ввысь, туда, где медленно, одна за другой, загораются ослепительные звезды. Раскинутое над нами бескрайнее небо безмолвствует, взирая миллиардами глаз на собравшуюся в пределах центральной площади толпу.

Тускло сияет тонкий золотистый серп растущей луны. Воздух напитан дыханием весны, горьковатым запахом жженых трав и свежих цветов, сплетенных в причудливые венки и аккуратно сложенных у основания обелиска с пылающим символом города.