Вопрос в том, как не поддаться и не угодить в ловко расставленные силки. В своих способностях противостоять угрозе Кэйт не сомневалась. Но Сэм… Сэм являлся сдерживающим фактором. Она была ответственна за то, что он оказался здесь, пытаясь спасти ее. Пресловутый синдром защитника. Не зря она так противилась его вмешательствам в свою жизнь. Тёрнер не прогадал, использовав Бойда, как блокатор ее сопротивления.

Привязанности — прямой путь к зависимости, а последняя не что иное как слабость. Именно на этом инструменте Клэй и играл. Причем виртуозно играл, не хуже, чем на старинном рояле.

Кэйт с содроганием вспомнила его рассказ про сломанные пальцы, перед глазами все еще стоял образ его изуродованного тела.

Миллер неоднократно упоминал в своих книгах жестокие наказания и избиения, пережитые в детские и подростковые годы, но никогда не вдавался в подробности как в отношении Жана, так и касаемо Джека. Получается, Роберт не искал в этих травмирующих эпизодах оправдания чудовищных преступлений своих героев и не ждал от читателей понимания, жалости и сочувствия, что выглядело несколько нелогично. Ведь именно этот опыт стал спусковым крючком для формирования их личностей. Одержимость Джека поджогами живой тому пример. Он не «очищал» общество от отбросов. Он мстил. Как криминальный психолог, Роберт Миллер не мог этого не осознавать.

И если с мотивацией Джека все стало более-менее понятно, то Жан по-прежнему оставался загадкой. Он тоже обожал огонь и за что-то ненавидел женщин.

Черт, крайне сложно плодотворно думать и анализировать, пока рядом с ней, на расстоянии вытянутой руки лежал тот самый Джек. Каким бы кошмарным ни было его детство, это не оправдывало того, кем он стал.

Кэти показалось, что она отчётливо поймала момент, когда Клэйтон погрузился в глубокий сон. Его тело расслабилось, а дыхание стало ровным и глубоким, но даже в таком сравнительно безобидном состоянии он продолжал подавлять ее одним своим присутствием. О том, чтобы уснуть самой, не могло быть и речи.

Кэтрин не просто была на взводе, ее мутило, она дышала рядом с ним с трудом. Находиться всю ночь в одной постели с убийцей — что может быть кошмарнее? Только кошмар о душащем ее Миллере, но и тот на фоне последних событий слегка померк в ее памяти.

Завтра… если она не сойдет с ума, и Тёрнер не придумает для нее новое испытание, Кэтрин попробует еще раз поговорить с Робертом при помощи уже опробованного метода. Для этого Кэйт необходимо попасть в его кабинет без сопровождения Клэйтона. Он сам дал ей разрешение свободно перемещаться по дому. Про подсмотренный Кэйт механизм открытия стены в тайную комнату Тёрнер не в курсе. Дело за небольшим — улучить подходящий момент и не попасться на горячем.

Однако, не смотря на твердую решимость не терять бдительность, к утру усталость и выматывающее напряжение все-таки взяли свое, и Кэтрин забылась глубоким сном, полным тревожных размытых образов.

Очнулась она в одиночестве, в той же позе, в какой незаметно вырубилась. Соскочив с кровати, Кэтрин едва не снесла поднос с завтраком, «заботливо» оставленным для нее либо Тёрнером, либо Лизой.

«Какое завидное гостеприимство.» — со злой иронией отметила Кэйт.

Есть совершенно не хотелось, но девушка пересилила себя. Голодовка точно не поможет мозгу справиться с усиленной нагрузкой. Наспех наполнив желудок, Кэтрин бесшумно покинула спальню Тёрнера.

Не встретив никого на пути, она благополучно добралась до своей комнаты. Приняв душ, оделась в повседневные джинсы и футболку и так же тихо и незаметно прокралась наверх, в кабинет Миллера.

Ей снова повезло — Тёрнера там не оказалось. Кэйт облегченно выдохнула. Пока обстоятельства складывались в ее пользу. Она еще точно не знала, о чем именно станет спрашивать у Миллера, но рассчитывала сориентироваться на месте.

Если удача и дальше будет на ее стороне, то возможно Кэти удастся таким же образом пообщаться с Лори… Если, конечно, Тёрнер не ввел ей ударную дозу парализующего препарата.

Как ни крути, Долорес — не менее важный свидетель, чем Роберт, и Кэтрин была на сто процентов уверена, что ее версия событий кардинально отличается от той, что изложил Тёрнер.

Плотно прикрыв за собой дверь, Кэйт на цыпочках приблизилась к окну. Удобные кроссовки позволяли передвигаться практически бесшумно, но она все равно соблюдала максимальную осторожность.

Клэйтон обнаружился внизу. Он стоял на газоне, недалеко от места, где якобы разбился Миллер, и о чем-то беседовал с Лизой. Судя по мрачному выражению его лица и резкой жестикуляции, Тёрнер был крайне недоволен. Лиза тоже выглядела взбудораженной и нервной.