— Верно. Твоя дочь — моя женщина. Она со мной. И она в безопасности. А насчет остального — времена меняются, а законы созданы для того, чтобы их нарушать, свергая тех, кто их создал. Тебе ли этого не знать, бастард Руаха Эша?

Демон вздернул бровь, продолжая сжимать рукоять меча и в то же время отмечая, что Нейтрал пришел без оружия. Он знает правила Мендемая. Он пришел с миром. Впрочем, в руках этой твари неизвестного происхождения, в крови которой намешаны все расы, оружием может оказаться что угодно. Смертоносным оружием.

— Если с ней что-то случится, я раздеру тебя на ошметки, Нейтрал!

Нейтрал подхватил второй рукой сына, который прижался к нему всем телом и спрятал лицо у него в плаще, цепляясь за полы изо всех сил, словно боясь, что отец исчезнет.

— Если с ней что-то случится, ты об этом узнаешь первым, потому что этой Вселенной уже не будет существовать — я взорву ее к такой-то матери вместе с твоим Мендемаем, Верховный Демон.

Это было дерзостью, но Аш усмехнулся, сверкая в полумраке белыми клыками. Одержимый его дочерью сукин сын. Но эта одержимость демону более чем понятна.

— А если не станет тебя, то кто позаботится о моих детях?

— Ты позаботишься о ней, потому что я, как Глава Нейтралов, дам тебе такое право, — и протянул демону руку, предварительно сдернув перчатку.

— Зарвавшийся, наглый и самоуверенный ублюдок, — с ухмылкой прорычал Аш, но руку Нейтрала сжал.

— Ты даже не представляешь, насколько ты прав.

— Береги мою дочь, Нейтрал. Если не хочешь, чтоб Ад пришел к вам.

— Поздно! Он уже пришел!

***

Шели тяжело выдохнула и снова посмотрела на грозовое небо. Она могла бы сказать, что с тех пор стала полностью счастливой…могла бы, если бы не сны об Арисе. Если бы не это мучительное ощущение дикой пустоты и чувства вины. Если бы не преследующие ее воспоминания о мягкости его маленьких ладошек, когда он просил не бросать его, о том, какие чистые и глубокие у него глаза, и сколько искренней любви было в них.

«— Я вырасту и буду защищать тебя, мама. Никто и никогда не сможет тебя обидеть. Клянусь.

— Мой самый сильный мальчик. Ты мог не клясться, я и так это знаю.

— Я убью каждого, кто на тебя косо посмотрит.

— Ты лучше расти большим и ешь мясо, которое готовит Сара для нас.

— А ты? Я буду есть только после тебя. Сначала едят женщины. Это закон нашего отряда. И каждый воин обязан принести еду своей матери, сестре или жене.

— Ты еще совсем ребенок.

— Я — воин!

— Хорошо-хорошо. Ты — воин. Мы съедим твое мясо вместе».

И он заботился о ней, насколько мог это делать пятилетний малыш. Ее крошечный защитник, ее маленький солдат, готовый броситься на каждого, кого считал опасным. Иногда по ночам, в том лесу, где они прятались, Шели просыпалась и видела, что он не спит, а сидит с мечом у костра. Охраняет. Такой смешной в тулупе и огромных рукавицах.

— Эй…иди расскажу сказку, — зовет его тихо.

— Я в карауле.

— Одну сказку и пойдешь в караул.

— Совсем одну?

— Даааа.

Он засыпает рядом. Обняв меч. А Шели любуется его красивым личиком, гладя округлые, совсем еще детские щечки и ровные брови, думая о том, как сильно любит его и никому и никогда не отдаст.

Отдала…не защитила…не нашла. Она не могла себе этого простить. Ни себе, ни Ашу.

Гонец въехал в ворота Огнемая, и Шели встрепенулась, узнав герб своего следопыта на седле всадника, замотанного с ног до головы защитной сеткой. Когда он протянул ей лист бумаги с именами рабов и рухнул с лошади, она крикнула, чтоб позвали лекаря, а сама, стоя на коленях перед гонцом, уже лихорадочно разворачивала списки и вскрикнула, увидев там имя Арис. Вскочила на ноги и бросилась к конюшне седлать Люциана. После исчезновения Люцифера Аш подарил ей нового коня — родного брата прежнего. Дикая тварь признала ее хозяйкой, едва она прикоснулась к его гриве, он преклонил перед ней колени.

Шели пришпорила своего жеребца, мчась в лагерь мужа, разбитый с восточной стороны от границ с остроухими. Они готовились к переговорам с Ратаном — троюродным братом Балместа. Если оба правителя не придут к общему мнению, то начнется новая война с эльфами. И она будет страшнее прежней. Ведь эльфы уже не прячутся в горах. Они окрепли, и их армия не уступала в численности армии Аша, да и всего Мендемая. Кроме того, Аш был совсем не уверен, что в этой войне высшие демоны встанут на его сторону.

— Нет! — он ударил кулаком по столу и дубовые ножки застонали от этого удара, — Ты не поедешь туда. Мы на грани войны. Тебе нечего делать на территории эльфов ни сейчас, ни даже когда мы заключим договор с Баратом.

Аш выглядел уставшим. Его длинные волосы падали ему на лицо, и под глазами пролегли глубокие тени. В зрачках то и дело вспыхивали огненные молнии.

Шели подошла к нему и хотела обнять, но он отбросил ее руки.