— Да, думаю, — сухо ответил он. — Потому что там твой мир.

Она стиснула губы, пытаясь сдержать подступающие слёзы.

— Эйдан...

— Хватит, — оборвал он. — Мне плевать, что ты сейчас чувствуешь. Всё это исчезнет, как только ты выйдешь отсюда. Всё это дерьмо — снег, холод, страх — оно вытесняет здравый рассудок. Ты вернёшься к своей жизни и забудешь обо мне.

Она смотрела на него, в её глазах застыли слёзы.

— Ты правда так думаешь? Что я смогу тебя забыть?

Он отвернулся, глядя в сторону выхода из пещеры.

— Это будет лучше для тебя.

— А для тебя? — спросила она, сжав кулаки.

Он молчал. Её голос становился всё громче, сильнее, пропитан горечью.

— А для тебя, Эйдан? Ты действительно хочешь снова быть один? Всё это время ты спасал нас, заботился о нас. Не говори мне, что ты сделал это только из долга.

Он резко обернулся, его глаза пылали гневом.

— Да что ты вообще знаешь обо мне?! — выкрикнул он. — Ничего. Ты не знаешь, кто я, через что я прошёл. И ты не обязана знать. Потому что это не твоя жизнь. И я не хочу, чтобы ты была её частью.

Она замерла, как будто его слова пронзили её насквозь.

— Ты врёшь, — прошептала она.

Эйдан нахмурился.

— Что?

— Ты врёшь. Ты боишься признать, что тебе не всё равно. Боишься того, что ты чувствуешь.

Её слова звучали тихо, но каждое слово било по нему, как молот.

Он отвернулся, не находя, что сказать. Его плечи были напряжены, дыхание тяжёлое.

— Я просто пытаюсь защитить тебя, Клэр, — сказал он наконец, хрипло, почти шёпотом.

Она сделала шаг к нему.

— Тогда, может быть, хватит пытаться защитить меня от себя?

Он замер, его руки сжались в кулаки.

Но прежде чем он успел ответить, Джейк зашевелился и тихо заплакал. Этот звук прорезал напряжение, которое витало в воздухе, как нож.

Клэр быстро подошла к малышу, прижимая его к себе и успокаивая. Эйдан остался стоять на месте, глядя на них.

В его глазах была буря — гнев, боль, желание. Но он ничего не сказал.

«Любовь как горы: пугает высотой, но открывает тебе мир, если ты доберёшься до вершины.»

Огонь потрескивал, но его тепло казалось не способным согреть напряжённую тишину в домике. Эйдан сидел, устремив взгляд в огонь, но мысли его были далеко отсюда. Он пытался представить свою жизнь, если они действительно выживут. Если спасение придёт.

Он знал, что она вернётся домой, в свой идеальный, безопасный мир. А он? Он снова окажется один. Один в своём мраке, с теми же воспоминаниями, которые будут его грызть, как хищники ночью. Он будет видеть её лицо — и Джейка, — зная, что они где-то далеко, но не рядом.

Клэр, сидя на грубом одеяле, прижимала к себе Джейка, который мирно спал. Его маленькие пальчики сжимались, будто он пытался поймать что-то во сне. Она склонилась над ним, гладя его по голове.

Всё внутри неё разрывалось. Она знала, что не хочет возвращаться в свой прежний мир. Тот мир был холодным, бездушным. Но могла ли она решиться оставить его ради чего-то нового? Ради... Эйдана? Она посмотрела на его напряжённое лицо, освещённое отблесками огня.

— О чём ты думаешь? — тихо спросила она.

Эйдан не ответил сразу. Его голос был низким, почти хриплым, когда он наконец сказал:

— Думаю, что тебе будет лучше, если всё это закончится.

Клэр нахмурилась.

— Почему ты всегда решаешь за меня, что для меня лучше?

Он посмотрел на неё, и в его глазах была усталость, смешанная с чем-то похожим на гнев.

— Потому что я знаю, что происходит потом, Клэр. — Его голос был резким. — Ты вернёшься к своей жизни, к своему миру. Там всё проще. Там всё понятно.

Она уже собиралась ответить, когда вдруг тишину разорвал далёкий гул.

Эйдан замер. Его взгляд стал острым, как у охотника.

— Что это? — шепнула Клэр, прижимая Джейка ближе к себе.

Гул становился громче, эхом разлетаясь в ледяной тишине. Эйдан резко встал, словно отзываясь на инстинкт.

— Это вертолёт, — коротко сказал он.

Клэр вскочила на ноги, её глаза наполнились надеждой.

— Спасатели? Это они? — спросила она, её голос дрожал, но не от страха, а от чего-то близкого к счастью.

Эйдан не ответил, только махнул ей рукой:

— Оставайся здесь.

Он быстро направился к выходу из пещеры, его шаги оставляли глубокие следы в снегу. Клэр, не выдержав, пошла за ним, прижимая Джейка к груди.

Снаружи ветер был резким, снег кружился, словно пытался закрыть им обзор. Эйдан поднял голову к небу, щурясь, чтобы что-то рассмотреть сквозь белую завесу. Гул усиливался, становился ближе.