Она направляется к нам, ведя за собой женщину средних лет в изысканном брючном костюме.

— Это доктор Келлер, — кратко представляет она. — Поскольку она только прибыла, завершим оформление документов позже, но профессор Локк с этого момента находится под ее наблюдением.

Каллум все еще не отводит от меня взгляда, и моя кожа горит под его пристальным изучением. Жестокость в глазах говорит о его беспокойстве за меня, и он хочет только успокоить меня.

Я смотрю на агента Рану и доктора, которая меня заменит.

— Приятно познакомиться, доктор Келлер. Я вернусь в отель и заберу свои вещи. Уверена, Айрис сможет найти мне жилье на ночь.

Агент Рана наклоняет голову, подозрительно поджимая губы.

— Это очень помогло, доктор Сент-Джеймс. Спасибо.

Я киваю, затем встречаю проницательный взгляд Каллума, которого мне не удалось обмануть.

— Удачи, профессор Локк, — я беру у него свою сумку, затем поворачиваюсь к Ране. — Завтра встречусь с оперативной группой.

В поле моего зрения появляется Риддик.

— Нам по пути. Я могу тебя подвезти.

— Ее подвезут, — Каллум бросает суровый взгляд на Эрнандеса, давая ему безмолвную команду.

— Я сама дойду, — огрызаюсь я, горячая волна гнева скручивает мои внутренности.

Несмотря на то, что против Каллума никогда не выдвигалось никаких обвинений в ссоре с Алистером, слухи могут быть не менее ужасными. Если Каллум не сможет противостоять своему характеру и причинит боль Риддику или что похуже…

Жестоких преступников сажают в места гораздо худшие, чем «Брайар».

Проницательный взгляд Раны устремляется на меня.

— Ты не пойдешь пешком. Агент Эрнандес отвезет тебя обратно в гостиницу. Я могу приставить другого агента к профессору и доктору Келлер. Вообще-то, я провожу тебя.

Я чувствую на себе пристальный взгляд Каллума, когда следую за Раной. Чувствую, как он через силу позволяет мне уйти.

Проходя мимо клетки, я останавливаюсь и смотрю на мотылька. Все еще живой, он шлепается на землю. Я опускаю перчатку на его тело и сгребаю насекомое в ладонь.

Когда мы возвращаемся в подвал, я вижу миссис Липтон, сидящую на раскладушке. Женщина выглядит неуместно здесь, в этой тусклой обстановке, ее шаль туго натянута на плечи, бриллиантовые серьги сверкают в свете ламп.

Адвокат говорит с ней приглушенным голосом, она рассеянно смотрит в сторону и плачет, пока вокруг происходит обыск.

— Пусть исследуют, что хотят, — говорит она, ее голос перекрывает шум. — Мой брат мертв. Я попрощалась с ним пять лет назад. Мне больше нечего сказать.

Адвокат трогает ее за плечо.

— Реджина, пожалуйста. Больше ничего не говори.

Как только мы достигаем лестницы в подвал, я делаю полный вдох, радуясь, что выбралась из тесной комнаты, но все же цепляюсь за слова миссис Липтон, когда всплывают воспоминания.

Девин сказала мне нечто подобное за пределами участка, когда я обвинила ее в убийстве Джейка Эммонса: «Джейк уже был мертв. Я не отняла ни одной жизни».

Эрнандес качает головой.

— Не понимаю, то ли она не знала о целой камере пыток под своим домом, то ли надеется, что, устроив вечеринку, будет выглядеть невинной.

Агент Рана останавливается.

— Может быть, она хотела, чтобы мы нашли это, — видя растерянное выражение лица Эрнандеса, она добавляет: — Это стало бы для нее облегчением.

Я поднимаю бровь, впечатленная ее проницательностью.

— Агент Рана, просмотрите медицинские карты жертв.

Она смотрит на меня с подозрением, но в ее взгляде есть что-то еще.

— Я уже поручила это отделу.

— Не местные записи, — уточняю. — А те, которых не касались местные. Их нужно запрашивать непосредственно у любых известных специалистов.

Понимание освещает ее взгляд, и она кивает.

— Обновленные результаты лабораторных исследований останков должны прийти завтра. Мы передали все внешним организациям, и каждая улика находится в процессе повторной проверки. Мы все изучим.

Я выдерживаю ее мрачный взгляд, ощущая слабый дух товарищества.

— Конечно, — говорю я, зная, что завтра меня здесь не будет, чтобы обсудить с ней все это.

Пока я здесь, то и Каллум будет оставаться тут. И чтобы он не стал жертвой своей жестокой натуры, — нужно устранить любое искушение.

Я несу ответственность за монстра, которого создала.

— Но можете писать мне, если будет нужна подмога, — добавляю я, надеясь, что она так и сделает.

Она морщит лоб и больше ничего не говорит, потом звонит телефон, и она уходит в другом направлении. Она получает ордера на обыск в домах всех жертв.

Рана не похожа на Алистера. Несмотря на бюрократию в ее агентстве, она выглядит непредубежденной. Она не просто хочет раскрыть дело, она хочет ответов, правды.