— Это неуместно, да, но в каком-то смысле она права, — говорю я, слегка пожимая плечами. — Все маленькие городки такие. Им важен статус. Жители обращаются к этой семье за поддержкой как к руководству, которое знает, как справиться с их общими трудностями. Вполне логично, что миссис Липтон чувствует ответственность и хочет показать людям, что все хорошо.

Рана не прерывает мои выводы. Скорее, она кивает в знак искреннего согласия, затем смотрит на детектива Эммонса.

— Все жители там будут?

Он переносит вес тела с поврежденной ноги.

— Это второе по значимости городское мероприятие, не считая праздников, — подтверждает он.

— Персеиды, — вмешивается Каллум. — Это ежегодный метеоритный дождь, один из самых ярких.

Я обращаюсь к Ране.

— Не понимаю, как это связано с нашим делом.

— Миссис Липтон наняла адвоката и теперь отказывается сотрудничать со специальной группой, — говорит она. — Поэтому, мы не можем нормально допросить Винса.

— Я все еще не понимаю, что от меня требуется, — говорю я более многозначительно.

Я уже сказала ведущему агенту, где будут пригодны мои услуги. Как специалист по составлению профиля места преступления, я должна быть в шахтах, анализируя среду обитания Девин и ее последователей. Если и можно найти доказательства того, где она сейчас находится, то, скорее всего, в том месте, где она проживала последние пять лет.

Рана выдерживает мой взгляд с твердой решимостью.

— Нужно присмотреть за этой семьей.

Я наклоняю голову.

— Хотите, чтобы мы были няньками.

— По сути, да, — она скрещивает руки на груди. — Доктор Сент-Джеймс, несмотря на все мои опасения относительно твоего участия в этом деле, факт остается фактом: ты всегда находишь способ установить контакт с подозреваемыми.

Я складываю руки на груди, отзеркалив ее позу. Я не нянька. Это со мной нянчатся. Федералы преследуют меня, все время наблюдают.

— Девин просто так не подойдет ко мне, — указываю я.

— Однажды она уже это сделала, — возражает она. — Слушай, я даю тебе короткий поводок, — заявляет она, делая предупреждение. — Я закрываю глаза на поведение, свидетелем которого стала вчера на месте происшествия, и списываю это на посттравматический стресс. И рекомендую тебе обратиться за профессиональной консультацией. Я также подала запрос на назначение профессору Локку нового врача.

Другими словами, она прикрывает свою задницу. Если какое-либо из моих действий плохо обернется для нее, она сделает так, чтобы в документах было указано, что она сделала все по правилам.

— Когда ставят под сомнение психическое здоровье психолога, это немного оскорбительно, — говорю я ей.

— Пожалуйся в отдел кадров, — саркастично говорит она и садится за стол. — Как только доктор Келлер прибудет, она официально займет должность выездного психиатра для Локка.

В воздухе разливается мощный ток, и я чувствую гнев Каллума.

— Я здесь по просьбе доктора Сент-Джеймс, — говорит он опасно низким тоном. — Она единственная, кто хотя бы отдаленно способен работать над этим делом бок о бок со мной, я не позволю управлять собой, как марионеткой для ФБР.

Рана удивленно приподнимает бровь.

— Умерьте свое эго, профессор Локк, вы не единственный специалист по философии на белом свете. Если откажетесь сотрудничать с федералами, то ваши услуги больше не потребуются, и вы вернетесь в «Брайар».

Я замечаю самодовольный изгиб губ Каллума, но потом на его лице появляется мрачное выражение.

Он не спорит дальше, поэтому Рана кладет руки на стол.

— Ладно. Теперь, когда мы все решили, — она возвращает свое внимание ко мне, — нужно узнать, сбежала ли Девин Чайлдс из города.

Я могла бы прекратить поиски Девин прямо сейчас. Она точно не покидала свой родной город, но предположив обратное, ее поиски затянутся.

— Мне нужно исследовать туннели шахты, чтобы ответить на этот вопрос с какой-либо уверенностью, — говорю я.

Рана качает головой.

— Команда уже прочесывают каждый дюйм этих туннелей.

— Вы имеете в виду, уничтожают любые потенциальные улики, которые можно было бы восстановить путем анализирования мест, — говорю я, и Каллум приподнимает бровь, удивленный моей смелостью.

Рана издает тяжелый вздох, наполненный тяжестью, которую несет в себе каждый лидер.

— Найди мне что-нибудь полезное сегодня вечером, и посмотрим, что будем делать завтра, Сент-Джеймс.

На мгновение я замечаю, как слабеет ее защита. Вижу напряжение, которое она испытывает, по синякам под ее глазами.

— Нужно привлечь Чайлдс к ответственности, это главный приоритет, — говорит она уже более мягким тоном. — Убили федерального агента, отвратительным и безжалостным образом. В течение сорока восьми часов прибудет начальство и потребует результатов.

Непроизнесенное «иначе» витает в воздухе.