Он расправляет свои мощные плечи.

— Мне нужно остаться с тобой. Я обещал, что не упущу тебя из виду, — мрачная уверенность, запечатленная на его лице, показывает больше, чем он говорит. Он знает, что произошло в том кабинете.

— Каллум взял с тебя обещание?

Он пожимает плечами.

— Я сам предложил.

Я медленно киваю.

— Тогда ладно. Поехали.

Когда он снимает внедорожник с сигнализации, я открываю дверь со стороны пассажира и быстро засовываю нож в пакете под сиденье. Забираюсь в салон и тянусь к ремню безопасности.

Эрнандес садится за руль, бросая обеспокоенный взгляд в мою сторону.

— Он…?

— Ничего не случилось, — с усилием выдавливаю я, прерывая его. — Каллум остановил это.

В салоне повисает напряженная тишина, но, к счастью, агент заводит машину, не продолжая тему.

— Не знаю, как у тебя, — говорю я, пытаясь подавить дрожь в голосе, — но вид того, как возможный серийный убийца зверски избивает этого мерзкого федерала, у меня разыгралась жажда шоколада и кофеина.

Я оглядываюсь и замечаю слабую улыбку на его губах. Когда Эрнандес направляется к закусочной, я достаю телефон и начинаю искать номер Чарльза Кросби, адвоката, который допрашивал меня на свидетельской трибуне во время суда над Каллумом.

Каллум говорил, что мы — воплощение жестокости звезд.

Его слова окутывают меня, вызывая одновременно комфорт и страх. Каллум Локк — это воплощение жестокости чертовой сверхновой звезды16… и Алистеру нужно усерднее молиться, чтобы Каллума не освободили.

ИНТЕРВАЛ

___

КАЛЛУМ

Громкий лязг открывающейся двери камеры обжигает меня изнутри. Мышцы туго обхватывают кости.

Внутрь входит федеральный агент Рен Алистер.

Наши взгляды встречаются, и на моем лице медленно расплывается угрожающая улыбка.

___

СВЕРХЧЕЛОВЕК

ХЭЙЛИН

Липкая пелена оседает на Холлоу-Роу, приторная и густая, как сироп, пролившийся на обеденный стол. В ночи есть своя текстура, осязаемая, зернистая. Она обволакивает мою кожу, заставляя чувствовать себя неуютно, посылая зуд.

Штормы, может быть, и прошли, но обманчивое спокойствие таит в воздухе.

Не знаю, готова ли я к тому, что назревает прямо надо мной.

Работая над делом с Каллумом, погружаясь в заманчивые хитросплетения его разума, так легко закрыть глаза на неистовый поток, который скрывается за его хладнокровным поведением. Но он есть, и прилив настолько силен, что может утащить на дно.

Его монстр царапает по прозрачному, красивому корпусу, который запросто может взорваться от одного бешеного удара сердца.

Сегодня вечером он опустил завесу, позволив мне мельком увидеть эту его сторону, напомнив о жестокости, на которую он способен. Это воспоминание не удалишь как электронное письмо, чтобы избежать правды.

И видя, как Каллум до полусмерти избивает Алистера, я должна была испугаться — испугалась, да, — но меня больше пугает осознание того, как сильно я хотела, чтобы он продолжал.

Агент Эрнандес сидит напротив меня за столом, через две кабинки от того места, где мы с Каллумом сидели в первый день, начав расследовать дело. Я чувствую запах дольки лимона на стакане с водой, и этот аромат вызывает внутреннюю реакцию, боль царапает мои ребра, но зуд все равно не проходит.

— Если пялиться на него, он не зазвонит, — говорит Эрнандес, имея в виду телефон, на который я уставилась.

Я слегка улыбаюсь, благодарная за то, что он прервал мои тревожные мысли. Я уже оставила три голосовых сообщения адвокату Каллума. С учетом огромной зарплаты, которую, уверена, он получает, Чарльз Кросби должен как можно скорее отвечать, если дело касается его клиента.

Потому что, когда я смотрю через окно закусочной на припаркованный внедорожник, наблюдая за машиной с украденными уликами, спрятанными под сиденьем, понимаю, что у меня не так много времени, чтобы обеспечить защиту. Лаборатория скоро сообщит о пропаже разделочного ножа, и тогда иллюзия спокойствия развеется вдребезги.

Подходит официантка Табита с нашим заказом, и я сгибаю руку, чтобы унять непрекращающуюся дрожь, и беру кофе в чашке на вынос.

— Спасибо, — говорю ей.

Она ничего не отвечает, с бесстрастным выражением лица ставит тарелку с едой перед агентом. Когда она отходит, то останавливается, чтобы оглянуться и поймать мой взгляд.

Звонит мой мобильный. Я отворачиваюсь от нее, чтобы взять трубку. Отвечаю, прерывисто дыша.

— Мистер Кросби, спасибо, что связались со мной.

— Да, что ж, — говорит он, — я искренне удивился, получив от вас сообщение, мисс Сент-Джеймс.

Я встаю из-за столика и указываю на выход из закусочной с кофе в руке.