— Готово, — возвращаю бланк и ручку Алистеру.

Когда отхожу в сторону, чтобы вернуться на место преступления, Алистер встает спереди и берет меня за подбородок, наклоняя мое лицо к себе.

Я рефлекторно отстраняюсь, но его хватка крепкая.

— Ты работала здесь с момента обнаружения тела? — это не вопрос, поскольку он рассматривает мои налитые кровью глаза и синяки под глазами. Его пристальный взгляд изучает мое лицо, потом он опускает руку. — Уходи. Не возвращайся, пока не выспишься.

У меня на языке вертелся ответ. Поступок Алистера был слишком неуместным… и интимным.

Словно треск щепки, рассекающей воздух, темная энергия Каллума давит на меня. Я чувствую, как его ярость раскалывает заряженную атмосферу сильнее, чем надвигающийся шторм.

Делаю шаг в сторону от Алистера, когда вспышка молнии прорезает плотный облачный покров на небе. Низкий раскат грома следует в качестве предупреждения.

Когда я не отвечаю, Алистер торжественно кивает.

— Послушай, мне все равно, на чьей ты зарплате, — говорит он. — Это мое место преступления, и перегруженный работой профайлер не будет прикасаться к моему…

— Она уходит, — Каллум появляется на периферии, как темная тень. — Пару часов без присмотра я буду вести себя прилично.

Он говорит это с жесткой ноткой злобы, скрытой за колкостью.

Я шумно выдыхаю из-за повышения уровня тестостерона, переводя взгляд с них двоих в сторону. Не говоря ни слова, подтягиваю ремешок сумки повыше и поворачиваюсь, чтобы направиться вниз по дощатому настилу, оставляя этих альфа-самцов.

Спускаясь по ступенькам, я прохожу мимо женщины в защитном костюме, видимо, это судмедэксперт прибыла сюда, чтобы опознать жертву.

— Нам нужно поговорить.

Я подхожу к арендованной машине и не останавливаюсь, когда слышу его голос.

— Мы уже поговорили, — говорю я Каллуму, доставая ключи и нажимая на брелок, чтобы разблокировать машину. Открываю багажник и загружаю свои вещи, изо всех сил стараясь игнорировать его присутствие.

Дождь барабанит по крыше машины. Я чувствую прохладные капли на лице. Еще один раскат грома разносится по болоту. Когда я поднимаю взгляд, Каллум стоит у водительской двери, засунув руки в карманы.

Агент Эрнандес стоит позади него на некотором расстоянии, фактически обеспечивая нам уединение, хотя я вижу, как он поднимает взгляд, чтобы следить за своим подопечным.

— Пожалуйста, отойди от двери, — говорю я.

Напряженные черты лица Каллума смягчаются от усталости в моем тоне. Или, может быть, из-за слова «пожалуйста». Я слишком устала, чтобы продолжать бороться.

— Ты думаешь, это сделал я, — говорит он, кивая головой в сторону места преступления на болотах.

Скрестив руки на груди, я смотрю на него и правда пытаюсь понять, как он может отрицать очевидное. Как ему удается так легко лгать? Он верит в свою собственную ложь?

— Неважно, что я думаю, — отвечаю. — Важно, что докажут улики. А теперь убирайся с моего пути.

Взгляд Каллума падает на мои скрещенные руки, на полоску кожи, где видно ожог от веревки на запястье. Внутреннее воспоминание о его прикосновении взрывается в моей груди оглушительной дрожью.

Я протягиваю руку и касаюсь крыши машины, пытаясь успокоиться.

— Боже, Каллум. Просто… пожалуйста, уйди.

Он придвигается ближе и обхватывает мою шею, его пальцы касаются моего затылка, а большой палец нежно обводит синяки. Я тяжело сглатываю от его прикосновения, не в силах перевести дыхание. Потом он, наконец, отпускает меня и отходит в сторону.

— Мне нужно, чтобы ты оставалась в своем номере в отеле, — говорит он. — Не уезжай, Хэйлин.

Я открываю дверцу и сажусь за руль.

— Меня не волнует, что тебе нужно.

Он опускает напряженный взгляд на отслеживающий браслет, прикрепленный к лодыжке.

— К твоему сведению, — говорю я, вцепившись в ручку двери, — я зафиксировала каждый дюйм этой сцены. Я узнаю, если ты что-то изменишь, так что надеюсь, у тебя не хватит наглости попытаться.

Сажусь, захлопываю дверцу машины и завожу мотор. Задним ходом выезжаю с парковки и стараюсь не смотреть в зеркало заднего вида, отъезжая от Каллума.

Этот монстр питается болью, и его прекрасные, обезоруживающие глаза смотрят прямо в меня, вплоть до самой грубой правды о моем горе.

Чем более уязвимой я становлюсь, тем глубже демон проникает в меня. Если я не сбегу, он не остановится, пока не поглотит меня всю.

___

ПРИ ВСПЫШКЕ

КАЛЛУМ

Серые грозовые тучи нависают над Холлоу-Роу как мрачное предзнаменование, предвещая грядущие плохие и жестокие события. Облака — это обманчивое затишье перед бурей, предвестник смерти и рока.

Признаю, немного драматично, но мне нравится игра слов.