Он более ужасен, чем мог бы изобразить любой иллюстратор, реки красных вен расходятся во все стороны вокруг бездушных глаз, поглощенных магией. Его лицо исхудало, с острыми скулами и тонкими губами, шишковатая рука сжимает длинную красную трость, сделанную из какого-то неправильного дерева.
"Таирн!"
"Да, давай". Таирн отрывается от Сгаэйл, закладывает крутой вираж и уносит нас в деревню. Через несколько взмахов крыльев из его рта вырываются огненные струи, и он сжигает часовую башню на лету.
"Попался!" Я поворачиваюсь в седле, наблюдая, как деревянное строение рушится от взрыва. Проходит всего несколько секунд, прежде чем Венин выходит из пламени, но на нем нет ни царапины. "О, черт. Он все еще там", — восклицаю я, когда мы снова пересекаем пост, чтобы добраться до назначенного нам места, мысленно коря себя за то, что думала, что все могло быть так просто. Есть причина, по которой эти существа являются причиной большинства кошмарных историй наваррцев, и это не потому, что их легко убить. Мы должны подобраться достаточно близко, чтобы вонзить в него кинжал.
Я поворачиваюсь вперед как раз вовремя, чтобы увидеть, как гигантская масса крыльев и зубов с пронзительным визгом рассекает наш путь, а хвост Таирна врезается в каменные стены позади меня, сбивая кладку, пока он уворачивается от виверна. Мы едва успеваем уклониться от шипящей струи голубого огня, вырывающегося из ее пасти и поджигающего соседнее дерево.
"Виверна вернулась!"
"Это другая", — рявкает Таирн. "Я передаю приказы остальным".
Конечно, он. Ксаден может командовать всадниками на этом поле, но Таирн явно ведет драконов.
Виверна разворачивается и направляется к центру города, подволакивая две ноги и взмахивая паутинистыми крыльями. На ней сидит женщина-всадник в бордовом летном снаряжении, похожем на наше, а ее глаза того же жуткого красного цвета, что и у венина на часовой башне.
"Ксаден, здесь не одна виверна".
Наступает мгновение тишины, но я чувствую, как Ксаден ощутимо шокирован, а затем впадает в ярость. "Если ты отделишься от Таирна, зови, а потом сражайся, пока я не приду".
"Этого не случится. Я не отпущу ее от себя, предводитель", — рычит Таирн, когда я впервые вижу воздушное пространство над городом, заполненное драконами, грифонами и вивернами, прямо как в басне о сотворении мира.
"Солейл нашла запечатанный вход в то, что похоже на шахту", — говорит Ксаден. "Мне нужно…"
Таирн резко поворачивается, направляясь в сторону гор.
"чтобы Гаррик и Бодхи могли эвакуировать горожан", — заканчивает он. "Лиам уже в пути".
"Иду". Мой пульс скачет. "Таирн, я не могу прицелиться".
"Сможешь", — говорит он так, будто это уже предрешено. "Приказы расходятся среди грифонов".
"Драконы могут говорить с грифонами?" Мои брови взлетают вверх.
"Естественно. Как, по-твоему, мы общались до появления людей?"
Я прижимаюсь к его шее, пока мы мчимся над городом, пролетая мимо клиники, похоже, школы и рядов и рядов рынка под открытым небом, который сейчас горит. Нет никаких признаков фиолетового венина, которого мы впервые увидели, когда пролетали над сморщенным телом грифона и его наездника недалеко от центра города. У меня сводит живот, особенно когда я вижу виверну, кружащую обратно к ним, и Сгаэйл на перехвате.
"Она может постоять за себя", — напоминает мне Таирн. "И он тоже. У нас есть приказ. Сосредоточься."
Сосредоточься. Точно.
Мы проходим мимо семей, выбегающих из своих разрушенных домов, затем переваливаем через городские стены, направляясь к отверстию в склоне горы, где бурохвост Солейл с размаху бьет хвостом по деревянным доскам, покрывающим заброшенный туннель. Вдоль дороги стоит несколько хозяйственных построек, но больше ничего нет.
Таирн резко дергает влево, когда мы приближаемся, ремень впивается мне в ноги, когда мой вес смещается в седле от резкого движения. Затем он взмахивает крыльями и парит перед Солейл, лицом к Рессону и кричащей толпе, которая бежит через сотню ярдов между городскими стенами и нами, возглавляемая парой грифонов и их летунами, которые постоянно оглядываются назад, сканируя небо.
Но чего они не видят, так это венина, идущего в нашу сторону с севера от ворот и наблюдающего за движением толпы суженным красным взглядом. Вены по обе стороны ее глаз более выражены, чем у предыдущего всадника, а ее длинная синяя мантия напоминает мне о носителе посоха, выжившем после взрыва на часовой башне.
"Я уже сказала Фуилу. Она защитит Солейл", — говорит Таирн, наклоняясь в сторону угрозы.
"Уведите нас подальше от толпы". Сила уже шипит под моей кожей.
Ребенок спотыкается на грунтовой дороге, и у меня замирает сердце, когда отец подхватывает ее на руки и продолжает бежать.