Остановившись рядом с Люцианом, он не двигается. Его глаза по-прежнему прикованы к оружию.

— Я сожалею о твоей потере, Люциан, — шепчу я, не зная, через что он проходит.

Люциан медленно кивает, а затем смотрит на меня. На мгновение все, что я вижу, это горе, и мне хочется обнять его, но затем его глаза сужаются.

— Ты что-нибудь слышала от своего отца?

— Нет, — честно отвечаю я.

Взгляд Люциана переключается с меня на мадам Келлер, которая сидит с бокалом вина в руке и выглядит гораздо более расслабленной, чем я себя чувствую.

— Есть какая-то информация о том, был ли убит только мой отец? — Люциан спрашивает ее.

Мадам Келлер поднимает палец, и я смотрю, как она делает звонок. Она бормочет в трубку, и я не слышу, что она говорит.

— Ты думаешь, мой отец тоже может быть мертв? — спрашиваю я, как ни странно, не расстроенная этой мыслью. Боже, до тех пор пока Данте тоже мертв.

Эта мысль немного рассеивает тьму, которая опустилась вокруг нас.

Люциан качает головой, а затем подходит к мадам Келлер, когда она ставит бокал с вином и поднимается на ноги. Я следую за ним.

— Валентино в безопасности на своей вилле. На него не было никакого нападения, — сообщает нам мадам Келлер.

Что означает, что Данте жив. Черт. По крайней мере, одна хорошая вещь могла произойти сегодня.

— Интересно, — бормочет Люциан. Я смотрю, как он набирает номер на своем телефоне, и через несколько мгновений его голос наполняется гневом, когда он говорит, — Ты думаешь, ты в безопасности на своей вилле, Тино?

Мои брови приподнимаются, когда я понимаю, что он позвонил моему отцу. Это заставляет меня бесстыдно подслушивать разговор.

— Где, черт возьми, ты был, когда убили моего отца? — спрашивает Люциан. Через несколько секунд он огрызается, — Тебе лучше выяснить, кто стоит за нападением. До тех пор я могу просто подумать, что ты стоишь за этим убийством.

Ох. Боже.

Если Люциан думает, что мой отец убил его отца, что это означает для меня? Я мгновенно отстраняюсь от него, и он смотрит на меня. Он медленно качает головой, затем говорит.

— У меня Елена. Я буду держать ее при себе, пока ты не выяснишь, кто пытается убить нас всех.

Не похоже, что я буду в безопасности с ним, не с предупреждением, скрывающимся за каждым словом.

Люциан заканчивает разговор, затем наклоняет голову, его глаза встречаются с моими.

— Ты уедешь со мной, как только Карсон приедет.

— Что? — я ахаю. — Уеду? Куда?

В рации раздается шуршание, а затем голос говорит.

— Все безопасно. Территория под охраной.

— Слава Господу за эту небольшую милость, — бормочет мадам Келлер, а затем жестом указывает на охранников у двери. Они открывают ее, и, не теряя времени, я ухожу от Люциана.

Я не знаю, куда я планирую пойти. Если я останусь здесь, меня заберет Люциан. Если я уйду… Меня могут просто убить прямо за воротами Святого Монарха.

По коридору идет мужчина, одетый в темно-синий костюм. Он выглядит чертовски устрашающе, и я отступаю в сторону, чтобы он мог пройти мимо меня.

Боже, есть ли где-нибудь безопасное место на этой планете?

— Останови ее, Карсон, — кричит Люциан из-за моей спины, и мужчина мгновенно хватает меня за руку, — Она едет с нами, — объясняет Люциан, а затем я как идиотка смотрю, как двое мужчин обнимаются.

Слишком много всего произошло сегодня, и трудно попытаться понять что-либо из этого.

Карсон подталкивает меня к Люциану, бормоча.

— Твоя.

Я пытаюсь вырваться, когда они проходят мимо меня, как будто я часть собственности, но Люциан быстро хватает меня за локоть.

— Ах, мистер Козлов, — напевает мадам Келлер позади нас, — Всегда рада вас видеть.

Карсон оставляет нас, чтобы поприветствовать мадам Келлер, а затем Люциан начинает тащить меня по коридору, говоря Карсону.

— Мы будем готовы через десять минут.

— Я никуда с тобой не поеду, — предупреждаю я его.

— Ох, маленькая птичка, — бормочет он, его голос убийственный, — У тебя нет гребаного выбора.

Меня тащат обратно в мою комнату и запихивают в спальню.

— Собирай свои вещи. У нас нет времени, чтобы тратить его впустую.

— Я не поеду с тобой, — огрызаюсь я на Люциана.

— Елена... — голос Люциана низкий, с предупреждением, — Не испытывай меня сегодня.

Он, вероятно, снова перекинет меня через плечо.

— Люциан? — Карсон зовет из коридора.

— В комнате Елены. Иди присмотришь за ней, пока я соберу свои вещи, — говорит Люциан, не сводя с меня глаз.

— Не делай этого, — прибегаю я к мольбам, — Я ничто для своего отца. Для него не будет иметь значения, если ты убьешь меня.

— У меня нет намерения убивать тебя, так что успокойся и собирай свои вещи, — выпаливает он, напряжение на его лице ясно говорит мне, что у него не осталось терпения.

Карсон заходит в мою спальню, затем переводит взгляд с Люциана на меня.

— Почему она едет с тобой?