Перл

В сердце всё ещё жила боль, когда я проснулась на следующее утро, осознавая, что отправляюсь в эту поездку в Нью-Йорк в одиночку. Страх грозился взять меня в заложники, но я знала, что должна преодолеть его, особенно потому, что Манхэттен скоро станет моим новым городом. Местом, куда я перевезу бабушку и найду постоянную работу, где сбудутся все мои мечты.

Через два часа я сяду в автобус — и это станет началом чего-то гораздо большего, чего-то прекрасного.

Новой жизни.

Но это также означало, что мы с Эшем будем жить в разных мирах.

Любовь, которую я испытывала к этому человеку, каким-то образом удерживала нас вместе. Пусть для этого потребуется несколько лет и переезд, но однажды мы снова окажемся в одном городе. К тому времени, я надеялась, мы будем жить в одной квартире.

А пока то, как я ушла из его дома прошлой ночью, казалось ужасно неправильным. Мне не хотелось начинать отпуск так. Я хотела сказать Эшу, как сильно люблю его, обнять, поцеловать его прекрасное лицо.

По телефону это не сделать.

Только лично.

Поэтому, приняв душ и одевшись, я схватила спортивную сумку, в которую сложила вещи, и зашла в комнату бабушки. Опустилась на колени у её кровати, придвинув губы к её уху, чтобы она точно услышала меня.

— Бабуль…

Я подождала, пока она откроет глаза, пока сонливость немного рассеется, и продолжила:

— Я собираюсь уходить. Просто хотела, чтобы ты знала, что я оставила тебе ужин в холодильнике на каждый вечер, пока меня не будет. Твои хлопья для завтрака уже насыпаны, тебе нужно только добавить молоко. Пакетик чая лежит в кружке рядом.

— Спасибо, куколка.

— Я оставила название отеля и номер телефона на листке на столе. Вернусь в понедельник днём. Я люблю тебя.

— И я люблю тебя, детка. Удачи и хорошо проведи время.

Я наклонилась к ней и нежно поцеловала в щёку. Запах детской присыпки был особенно сильным, когда она лежала в постели.

Поднявшись с ковра, я на ходу схватила куртку. Выбежала из дома, спустившись по лестничным пролётам, и окунулась в холод раннего утра. Ветер обвил меня, стоило только выйти на улицу. Обычно я не вставала так рано — шесть утра даже для меня было чересчур, — но я хотела успеть заскочить к Эшу и всё равно прибыть на автовокзал за несколько минут до отправления автобуса с Северного вокзала.

Самое приятное в Роксбери ранним утром — это тишина. Слышны были лишь мои шаги, дыхание и тихий свист ветра. Тёмное, облачное небо нависло надо мной, как будто обнимая — Бостон словно удерживал меня, пока я ещё не вырвалась на свободу.

На перекрёстке я повернула за угол, и теперь до вокзала оставалось всего несколько кварталов. Если я сохраню этот темп, у меня даже останется время на объятия. И мне даже не придётся будить его, чтобы войти; к счастью, я знала, где парни прячут запасной ключ, так что я могла сделать этот визит сюрпризом.

Эта мысль вызвала улыбку на моём лице, потому что я знала, как Эш будет счастлив, когда я разбужу его поцелуем.

Я прибавила шаг и как раз поправила ремень сумки — она была невероятно тяжёлой на плече — когда услышала, как кто-то произнёс моё имя неподалёку.

Сначала я подумала, что это прозвучало у меня в голове. Ведь не заметила никакого движения, других звуков тоже не было.

Я проигнорировала это и пошла дальше, пока не услышала снова — низкий, грубоватый голос, мгновенно прорвавшийся сквозь мои мысли.

Я остановилась, когда мужчина вышел на тротуар из-за двух автомобилей, припаркованных вдоль обочины.

— Вы Перл Дэниелс, верно? — На его поясе висел набор инструментов, а за спиной стоял фургон — судя по всему, он приехал ремонтировать что-то в одном из зданий.

— Да, — ответила я. — Откуда вы знаете?

Мужчина скрестил руки и прислонился спиной к фургону.

— Простите. Надеюсь, я вас не напугал. Я был на вашем спектакле пару недель назад, и когда увидел вас в свете того фонаря… — он указал на уличный фонарь за моей спиной, — сразу узнал. — Мужчина поправил очки на носу. — Вы ведущая актриса в Бостонском университете, верно?

Я кивнула, и он улыбнулся, почесав лысину.

— Так я и думал. Мы с женой — ваши большие поклонники. За последние пару лет мы не пропустили ни одного спектакля с вашим участием.

— Ого. — Ветер усилился, и я запахнула куртку, переложив ремень сумки на менее болезненное место. — Спасибо… Мне очень приятно.

— Нет, это я должен вас благодарить. — Мужчина расстегнул манжету своей фланелевой рубашки и закатал рукав до локтя. — Для меня большая честь, что кто-то из моего родного города настолько талантлив. Я чувствую, что скоро вы добьётесь успеха на большом экране.