— Я просто без ума от тебя, — я сжал ее руку, наблюдая, как свет фар проезжающих машин танцует на ее лице. — Ты невероятна.

Уитни покачала головой, смиренная до последней капли.

— Нет, Калеб. Это ты герой нашей истории.

— Спасибо, что поехала со мной, — сказал я Уитни, когда мы уселись на заднее сиденье моего внедорожника.

— Ясное дело, — улыбнулась Уитни, поглаживая мою шею. — Я правда с нетерпением ждала сегодняшнего дня.

— Я тоже, — добавил из-за руля Альфред, взглянув на меня в зеркало заднего вида. — Мы все волновались за тебя.

Я улыбнулся старику, лицо которого старело на моих глазах с тех пор, как я был маленьким ребенком, работая в отделе почтовой рассылки в «Хант Файнэншл». Тогда он был нашим техником. Несколько лет назад, когда его артрит стал совсем не выносимым и мешал работе, я нанял Альфреда своим постоянным водителем.

— Я ценю все твои сообщения, — сказал ему я. — И цветы.

— Рад был это сделать, — ответил Альфред. — Я постараюсь ехать очень медленно и избегать ухабов. Не хотелось бы, чтобы были какие-то проблемы.

— Спасибо, Альфред.

Я взглянул на Уитни, и она одними губами произнесла: «Он прекрасен».

Я скользнул рукой по плечам Уитни, притянув ее еще ближе.

— Сейчас ты познакомишься со всей командой. Готова к этому?

— Ты шутишь? Я втайне умирала от желания увидеть игровую площадку мастера.

Я рассмеялся; ее выражение лица было восхитительным.

— Я бы не назвал это так.

— Я погуглила тебя, Калеб. Я видела твои достижения, и ты не отдаешь себе должное.

— В этом она права, — вмешался Альфред. — Так что вместо этого хвастаться буду я.

Он остановился на красный свет и устремил взгляд на Уитни.

— Калеб работал в этой компании с девяти лет, разносил конверты всем сотрудникам, а в шестнадцать поднялся до должности помощника одного из ведущих консультантов. Приходил каждый день после школы, даже когда учился в колледже. Они начали с офисов на одном этаже, переехали в здание, в котором находятся сейчас, и постепенно заняли все двадцать шесть этажей небоскреба. Калеб помогал построить все это.

Его взгляд снова скользнул ко мне.

— Никогда не видел такой впечатляющей семьи, как эта. Эти Ханты — самые целеустремленные, трудолюбивые и щедрые люди.

Уитни взяла меня за руку.

— Я учусь этому.

— Его родители не просто вырастили хорошего человека, они вырастили самого лучшего, — добавил Альфред, подмигнув мне. — Теперь они считают дни до выхода на пенсию, когда смогут передать эстафету, а Калеб будет руководить всем этим шоу.

— «Хант Файнэншл» переходит к тебе? — спросила Уитни.

Я очнулся с ощущением кома в горле. И чем больше Альфред говорил, тем хуже мне становилось.

— Да.

— Ничего себе, — заметила Уитни. — Сейчас я испытываю благоговейный трепет.

— Не стоит, — сглотнул я, пытаясь освободиться от скованности, и потерся носом о ее щеку, спина заныла от этого движения. — У меня нет таланта исцелять людей или спасать жизни, как у тебя.

Я похлопал по спинке сиденья Альфреда.

— А вот этот человек может починить что угодно. Я еще не нашел ничего, что он не смог бы переделать.

— Калеб, ты слишком добр, — ответил Альфред.

В машине повисла тишина, и мы въехали на Почтовую площадь, где располагались многие финансовые здания города. Наше находилось всего в одном квартале, и когда мы подъехали ближе, Альфред указал на него Уитни.

— «Хант Файнэншл», — прочитала она надпись на вывеске темного зеркального здания. — Боже мой, Калеб. Посмотри на него; оно невероятно.

— Не правда ли? — согласился Альфред. — Не могу не испытывать гордости каждый раз, когда подъезжаю к нему.

Уитни сжала мою руку.

— Ты в порядке? — одними губами произнесла она.

Я кивнул и посмотрел в лобовое стекло, когда он заехал в подземный гараж и припарковался перед лифтом. Альфред тут же вышел, взял мои ходунки и открыл дверь. Уитни отстегнула мой ремень безопасности, прежде чем я успел его найти.

— Я поддержу тебя сзади, — сказала Уитни, обняв меня.

Я ухватился за руку Альфреда и поручень и осторожно выбрался наружу. Мне потребовалось несколько мгновений, прежде чем я сомкнул пальцы на ходунках, чтобы отдышаться, превозмогая боль.

— Я буду здесь, ждать, когда ты захочешь вернуться домой, — сказал Альфред.

— Не думаю, что это займет много времени, — ответил я. — Самое большее, несколько часов.

Мы вместе с Уитни медленно направились к лифту.

— Ты что-то притих.

Когда я сосредоточился на загоревшихся над дверью цифрах, она добавила:

— Хочешь поговорить о том, как ты переживаешь?

Я вздохнул, не в силах что-либо скрыть от нее.

— Ты даже не представляешь.

— Кажется, я начинаю понимать.

Уитни приподняла мой подбородок, чтобы я посмотрел на нее.