– Хорошо, – выплевывает он и, надо отдать ему должное, использует это слово в точности как я свое «нормально» – чтобы прикрыть очевидную ложь.

Протягиваю руку и выключаю воду, совершенно вымотанная всем, что случилось этим вечером. Магия приносит Мемнону полотенце. Он заворачивает меня, а к нему уже плывет другое, обвиваясь вокруг его талии.

Воздух вновь так густ от напряжения, что его можно резать, только на сей раз виной разочарование, а не взаимное притяжение. Мемнон не привык, чтобы его ограничивали и ущемляли. Кажется, до него наконец доходит, на что он обрек себя этой налаженной связью.

Едва успеваю вытереться, как магия колдуна уносит полотенца, а Мемнон подхватывает меня и несет в постель. Осторожно укладывает, укрывает одеялом.

– Хочешь какую-нибудь пижаму?

Глаза мои уже закрываются. Мне все равно.

– И так сойдет.

Как будто он что-то там не видел.

Мемнон отходит к шкафу. Бродит по комнате, как зверь в клетке, но я почти не замечаю этого. Потом он выходит за дверь.

Мемнон, – устало окликаю я его по нашей связи.

Да, маленькая ведьма?

Ты куда?

Дам тебе поспать.

О.

Тянутся секунды, я, наверное, засыпаю, потом, вздрогнув, пробуждаюсь.

Мемнон?

Да?

Кажется, он немного удивлен. Радостно удивлен. Хотя я и не уверена.

Может… вернешься?

На том конце связи тихо, но через минуту Мемнон входит в комнату в одних лишь низко сидящих на бедрах спортивных штанах – и застывает в дверном проеме.

В полусне я тянусь к нему.

Проходит еще одна маленькая вечность, прежде чем он делает шаг и берет меня за руку, переплетая пальцы с моими.

Сонно моргаю, глядя на него.

Ты побудешь со мной, пока я не усну?

Хочу просить его о большем, но для этого я недостаточно храбра.

Второй рукой Мемнон гладит меня по щеке.

Конечно, Императрица.

Он отпускает мою руку и присаживается на кровать. Я переворачиваюсь, прижимаясь к нему.

– Спокойной ночи, жена, – шепчет он.

– Бывшая жена, – поправляю я.

– Будущая жена, – возражает он.

Сон подступает и затягивает меня, а я слишком устала, чтобы продолжать спор.

Последнее, что я чувствую, прежде чем отключиться, – это руку Мемнона на моих влажных волосах и его острую, мучительную любовь, текущую ко мне по нашей связи.

Где-то посреди ночи я чувствую, как он гладит меня по голове.

Мне нужно кое-что уладить, est amage. Я скоро вернусь.

Но, возможно, слова Мемнона были лишь сном, потому что, когда я просыпаюсь, он здесь, покрывает поцелуями мою кожу – шею, ключицу, руку.

Следовало бы оттолкнуть его, но наша связь поет, и эти поцелуи – как исполнение всех желаний.

Доброе утро, будущая жена, – говорит он, замечая, что я проснулась, и приподнимается, опираясь на локоть. Он укрыт простыней, и, уж не знаю почему, меня это разочаровывает. Абсурд!

Я запрещаю тебе называть меня так. – Я отвожу от лица взъерошенные волосы.

Доброе утро, моя нареченная.

Так тоже.

Доброе утро, моя жестокая царица, требующая крови своих врагов.

Я улыбаюсь.

Он целует меня в плечо.

Тебе понравилось.

Знаешь, ты тоже мой враг, – напоминаю я ему.

Так покарай меня!

Разлепляю губы, не зная, что сказать, но жуткий скрежет – словно гвоздем провели по грифельной доске – избавляет меня от необходимости отвечать. Звук доносится из-за закрытой двери спальни.

СКР-Р-РИ-И- И-ИП. СКР-Р-РИ-И-И-ИП.

Только одно существо в мире способно так делать.

– Нерон! – Не думала, что моя пантера очнется так скоро. Но он определенно точит когти, и мое сердце едва не выпрыгивает из груди.

Не успеваю выбраться из постели, как индиговая магия Мемнона распахивает дверь.

Нерон входит бесшумно, и, едва увидев его, я вскакиваю и бросаюсь к своему фамильяру, запоздало осознавая, что я совсем голая и еще малость оглушенная. Но я обнимаю Нерона, а он тычется носом мне в щеку, а потом лижет ее шершавым языком.

– Как ты смел чуть не умереть на моих руках! – шепчу я, обнимая его крепче.

Он трется об меня головой, потом отстраняется. Я думаю, потому, что он не справляется с эмоциями, но пантера огибает кровать, подходит к Мемнону – и кладет голову на его край постели.

В уголках глаз колдуна появляются морщинки.

Мемнон протягивает руку и гладит Нерона по голове.

– Ты настоящий воин, – хрипло говорит он. – Ты не должен благодарить меня за то, что я тебя вылечил.

Ох, черт. Этот мужчина определенно способен заставить меня влюбиться в него.

Мемнон смотрит на меня с легкой улыбкой на губах.

Я очень на это надеюсь, моя царица.

– Ты не можешь вернуться в Ковен, – говорит Мемнон.

Мы на кухне колдуна.

Мемнон все еще без рубашки, стоит спиной ко мне, готовит завтрак. Я и забыла, какой он хороший повар; когда-то давно кулинария была одним из его увлечений.

– Прости, что? – Я поднимаю брови.