Его спокойствие казалось обманчивым, почти неестественным. Что-то неуловимое в его поведении подсказывало — моё появление не осталось незамеченным и определённо повлияло на его состояние. Я не могла объяснить это рационально, но чувствовала каждой клеточкой своего существа: его напряжённая поза, пристальный взгляд, особая энергетика — всё говорило о том, что он реагирует на моё присутствие.
В воздухе повисла едва уловимая напряжённость, словно электрический разряд, готовый в любой момент разрядиться.
— Добрый день, Рейна! — госпожа Лори расцвела в своей фирменной приветливой улыбке, её голос звучал так тепло и искренне, что на мгновение я почти забыла о своём беспокойстве.
— Здравствуйте, — ответила я, выдавив из себя подобие улыбки, которая, как я чувствовала, получилась натянутой и неестественной.
— Ты подумала? — её вопрос повис в воздухе.
— Да, я доделаю работу, — произнесла я, старательно отводя взгляд от альфы, боясь встретиться с ним глазами.
Его присутствие действовало на меня как электрический разряд, заставляя каждую клеточку тела напрячься в ожидании чего-то неизбежного.
— Это хорошее решение, — кивнула госпожа Лори, её улыбка стала ещё шире, будто она была искренне рада моему ответу.
— Ага… Ну, я пойду работать, — пробормотала я, чувствуя, как пульс учащается с каждой секундой.
Не дожидаясь ответа госпожи Лори, я развернулась и почти бегом устремилась в спасительный коридор. Мои шаги эхом отражались от стен, пока я стремительно поднималась по лестнице, ведущей на третий этаж.
Оказавшись, наконец, на месте, я позволила себе перевести дух. Мои руки слегка дрожали, но я заставила себя сосредоточиться на работе. Краски, кисти, недорисованная стена — всё это было моим спасением, моей отдушиной. Я должна взять себя в руки. Должна перестать бояться. Должна научиться игнорировать присутствие этого человека, каким бы пугающим оно ни было.
Творчество действительно стало моим спасением — оно помогало отгородиться от тревожных мыслей и переживаний. Я включила любимую музыку в наушниках и полностью погрузилась в процесс рисования, позволяя кисти скользить по стене, создавая новые образы.
Внезапно я почувствовала странное покалывание между лопаток, будто кто-то сверлил меня взглядом. Обернувшись, я увидела его — Грэя. Он стоял в пяти метрах от меня, небрежно прислонившись к стене. Его поза казалась расслабленной, скрещённые на груди руки. Но я знала — это обманчивое спокойствие.
Сглотнув подступивший к горлу ком страха, я заставила себя оставаться на месте. Медленно сняла наушник, не отводя взгляда от его лица. В груди что-то болезненно сжалось.
— Время уже почти восемь вечера, а ты всё ещё работаешь, — его голос прозвучал неожиданно спокойно, почти равнодушно.
Я машинально посмотрела в окно — там действительно было темно. Время за работой пролетело незаметно, словно несколько часов превратились в считанные минуты.
— Я просто хочу закончить работу поскорее, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Чтобы больше никогда не видеть тебя, Грэй…
Эти слова крутились на языке, но я не осмелилась произнести их вслух.
Но ему и не требовалось слышать невысказанные слова — казалось, он каким-то необъяснимым образом прочел их в моих глазах, уловил в напряженном воздухе между нами. Его проницательность пугала не меньше, чем его присутствие.
— Я могу подвезти тебя до дома. На улице уже темно и поздно, — произнёс он с такой непринужденностью, словно мы были давними друзьями.
Неожиданно для самой себя я издала короткий, горький смешок. Качнула головой в отрицательном жесте, чувствуя, как внутри закипает смесь эмоций.
— Нет, Грэй. Я прекрасно помню, как всё начиналось в прошлый раз, — мой голос звучал твёрже, чем я ожидала.
Он сделал шаг в мою сторону, и я инстинктивно отпрянула, ощущая, как адреналин хлынул в кровь.
— Рейна, — его голос стал мягче, почти умоляющим.
— Не подходи! — прошептала я, и внезапно злость, долго копившаяся внутри, вырвалась наружу обжигающим потоком. — Я больше не та наивная девушка, которой можно легко воспользоваться! Ты вообще знал, что я омега?
— Нет, — ответил он, но его невозмутимость говорила об обратном — эта новость не стала для него неожиданностью.
Может быть, мистер Кинг рассказал ему? Вполне вероятно. Они ведь друзья.