Утро встретило меня серым небом. В больнице сегодня кипела работа только на первом этаже. По пути в свой уголок я столкнулась с госпожой Лори. Она выглядела взволнованной и сообщила, что сегодня поднимется вместе с учредителем проекта. Хочет показать ему мою работу, оценить прогресс и, возможно, обсудить дальнейшие планы.

Я надела наушники и включила любимую музыку — она всегда помогала мне сосредоточиться. Звуки мелодии наполнили пространство вокруг, создавая свой особенный мир, где есть только я и моё творчество. Сделав глубокий вдох, я начала работу — сначала набросок на стене, тщательно продумывая, где и что хочу расположить.

Затем я приступила к смешиванию красок. Рисование всегда обладало удивительной способностью успокаивать меня, отвлекать от тревожных мыслей и погружать в состояние потока. Мелодия лилась из наушников, краски ложились на стену ровными мазками, а я постепенно расслаблялась.

И хотя мысли о Грее всё ещё иногда проскальзывали в сознании, они уже не казались такими навязчивыми, как ночью. Работа помогала мне найти равновесие и сосредоточиться на том, что действительно важно в данный момент.

Время словно остановилось. Сначала я почувствовала странное покалывание в затылке, будто кто-то пристально смотрел на меня. По телу пробежала волна мурашек, поднимаясь от самых пяток до макушки. Инстинкт кричал об опасности…

Медленно, почти неосознанно, я сняла один наушник. Обернулась так резко, что кисть с кистью едва не выскользнула из рук.

Воздух будто застыл в лёгких, отказываясь двигаться. Сердце пропустило удар, а затем заколотилось где-то в горле. Перед глазами всё поплыло, когда я увидела его — альфу. Его присутствие наполнило пространство тяжёлой, почти осязаемой энергией…

Нервная дрожь прокатилась по всему телу, начиная от кончиков пальцев и заканчивая макушкой головы. Первобытный страх сковал мышцы, заставляя ноги подкашиваться. Инстинкт самосохранения вопил, требуя бежать, скрыться, спрятаться от этого взгляда.

Но тут мой взгляд упал на госпожу Лори. Она стояла рядом с Грэем, и на её лице сияла искренняя, открытая улыбка. Её присутствие словно стало якорем, удерживающим меня от необдуманного побега.

— Посмотрите, какая красота, мистер Вэйлис! — воскликнула она, и в её голосе звучала неподдельная радость. Её глаза буквально светились от восторга, пока она указывала на мою работу.

Я стояла неподвижно, пытаясь справиться с бурей эмоций внутри. Разум боролся с инстинктами, сердце пыталось вернуться к нормальному ритму, а руки всё ещё дрожали, удерживая кисть.

Его низкий, хриплый голос прозвучал в тишине помещения, словно бархатный шёпот.

— И правда, очень красиво, — произнёс он, не отрывая от меня своего пристального взгляда. Его глаза будто проникали в самую душу, заставляя меня чувствовать себя уязвимой и незащищённой.

Госпожа Лори, сияя от радости, выступила вперёд.

— Мисс Данн, познакомьтесь, это мистер Грэй Вэйлис. Он учредитель проекта, — представила она его, и в её голосе звучала неподдельная гордость.

Мои губы словно онемели, отказываясь повиноваться. С огромным трудом мне удалось выдавить из себя хотя бы подобие улыбки.

— Здравствуйте, — прошептала я едва слышно, чувствуя, как голос дрожит от напряжения.

В голове вихрем проносились мысли, и ни одна из них не была хорошей. Это означало, что именно Грэй нанял меня. Случайность ли это? Вряд ли. И мне это совсем не нравилось. Очень не нравилось.

Воспоминания нахлынули волной, заставив сердце сжаться от тревоги. Когда отец работал на мистера Вэйлиса, с нашей семьёй случилось несчастье. Эти события до сих пор преследуют меня кошмарами, и теперь судьба снова сталкивает меня с человек из этой семьи.

Моё настроение стремительно рухнуло вниз, словно лифт в бездну. В голове роились мрачные мысли, одна страшнее другой. Инстинкт кричал, вопил, требовал немедленно бросить всё и убежать как можно дальше от этого места.

Пальцы предательски задрожали, краска на кисти казалась вдруг слишком яркой, слишком заметной. Хотелось бросить всё прямо сейчас, схватить свои вещи и исчезнуть, раствориться в воздухе, лишь бы не оставаться наедине с этим человеком, чьё присутствие вызывало во мне такой первобытный страх.

Но я стояла, застыв словно статуя, пока госпожа Лори продолжала что-то говорить, а Грэй продолжал смотреть на меня своим пронизывающим взглядом.

Мой разум словно окутал туман. Я совершенно не уловила, что именно спросила у меня госпожа Лори. Её улыбка застыла в памяти размытым пятном, а затем её внимание отвлёк звонок.

Она взглянула на экран телефона, и её лицо приняло деловое выражение.

— Простите, нужно ответить… — произнесла она, направляясь к лестнице. Её шаги эхом отдавались в пустом коридоре, пока она удалялась, оставляя меня один на один с Грэем.