Я согласилась без колебаний. Не потому, что боялась или чтила правила тематиков. Я знала – это нужно нам обоим. Мне – чтобы очиститься, сбросить напряжение, извиниться перед Джоном. А ему, садисту, требовалась иная разрядка. Со мной он мог быть по-хорошему обычным, но я знала, что Джон никогда не станет милым котиком. Он – дикий хищник, которого нельзя приручить. И мне это нравилось.

Джон повернул рубильник, и длинные ряды ламп на потолке потухли. Теперь свет был приглушенным благодаря настенным светильникам. Я огляделась, привыкая к полумраку: на стене блестели металлические инструменты и кожаные изделия. По центру свисали цепи с наручниками, внизу – такие же цепи для ног. Джон взял табурет и подставил под цепи, а когда я подошла и села на край, он заковал мои запястья и щиколотки: отрегулировал так, чтобы руки были подняты над головой, а пятки не отрывались от пола. Все ради моего комфорта – швы сняли, рана визуально затянулась, но долго стоять я еще не могла, и Доминант волновался обо мне даже в момент предстоящей пытки.

Он достал из ящика вибратор с круглой головкой и положил в мое белье. Я игриво прикусила губу:

– Мне нравится быть наказанной.

– Слова истиной сабы, – подразнил Голдман. – Но я отношусь к наказаниям серьезно. Это не должно быть слишком приятно.

– Да… Хозяин.

Я увидела истинное блаженство на его лице. Вне сессий он не добьется моего подчинения, но здесь мы будто играли роли. И мне в радость время от времени сыграть покорность. Наверное, он опять использует ток. Меня потряхивало от предвкушения.

Джон надел перчатки и достал из ящика колючую проволоку. Я поперхнулась воздухом. Несколько метров тонкого металла с острыми жгутиками. Я задергалась, но садист и бровью не повел. Он методично опутал меня: вытянутые руки, грудь, живот, спину. Все, что ниже, было свободно, но верх… горел в агонии. Тонкие металлические нити пронзали кожу будто тысяча иголок. Жалили, как ядовитые змеи. Когда я делала вдох, проволока впивалась в напряженные соски. Капли пота и крови стекали вниз. Это не стремительная, оглушающая пытка, это не похоже на порку, зажимы или ток. Я шевелилась, и словно раскаленное железо касалось моей плоти то там, то здесь.

Боль была всюду, она накатывала вспышками и в итоге поглотила меня. Но вместе с болью пришло иное чувство – свобода, благодарность. Я закрыла глаза и позволила себе раствориться в моменте. Разум очищался от всего лишнего. Сгорали страхи, рассыпались сомнения, бледнело чувство вины. Перед моим Хозяином, а главное, перед самой собой.

Я не открывала глаза, но чувствовала – он наблюдает, и ему нравится, что он видит. Вибратор в моем белье завибрировал. Сначала медленно, и клитор отозвался на приятные поглаживания. Но вдруг все прекратилось. Я распахнула глаза и столкнулась взглядом с Джоном. Он стоял совсем близко, дьявольски ухмыляясь и придерживая вибратор.

– Чтобы заработать оргазм, придется потрудиться.

Я насаживалась на вибратор, и проволока сильнее впивалась в тело. По коже стекали рубиновые капли: они щекотали, дополняя пытку.

– У нас есть стоп-слово, – напомнил Джон.

Нет. Ни за что. Он знает, насколько упрямой я могу быть.

– Хорошая девочка, – добавил он, и я увидела на его лице сияющий восторг. Он смотрел на меня так, будто я – произведение искусства.

Каждый мой вскрик дарил ему счастье, а значит, и мне.

Несколько минут я насаживалась на вибратор, смешивая боль и удовольствие, что оказалось моим любимым сочетанием. Добавлю гордость в глазах Доминанта, и случился сабспейс. Я потерялась в пространстве. Оргазм накатил следом: неожиданно, мощно, заставил меня задрожать, позабыв о колючей проволоке – она словно провела электричество по нервным окончаниям. Тот самый катарсис. Непобедимость.

Джон достал вибратор, размотал проволоку и снял меня с цепей. Положил на кушетку и, когда я пришла в себя и сходила в душ, нанес охлаждающую мазь.

– Довольна наказанием?

– Да, – я игриво повела плечами. – Иногда буду тебя не слушаться.

– Иногда.

Его лицо раскраснелось, а в уголках глаз появились морщинки от улыбки. Он погладил меня по волосам, и я потянулась к его ласке.

– Ты выдержишь любое наказание, сладкая. Ты со всем справишься.

В этот момент я доверяла ему целиком и полностью. Наверное, это последствия выброса гормонов, но мне казалось, что я могу победить весь мир – всех своих демонов и все свои трудности. А Джон будет рядом.

Я заметила выпуклость на его брюках. Сцена не на шутку взволновала Доминанта. Он получил моральное наслаждение, но разве могу я отказать ему в физическом удовольствии? Я села на колени. Джон удивленно вздернул бровь, но возражать не стал. Он больше не был «просто Мастером», и я могла отблагодарить его.