Герцог Масадонии умер, не издав ни хрипа, с переломанным телом и мочой, испачкавшей его штаны. Однако прилив дикого удовлетворения от того, что жизнь ушла из его глаз, был недолгим. Он больше не поднимет руку на Поппи — да и вообще ни на кого, — но это не сотрет той боли и унижения, которые он ей причинил. Этого не исправить.

Мне хотелось снова убить этого больного ублюдка.

Повернувшись к герцогу, я остановился. Я подумал о том, что должно произойти сегодня вечером, и о том, что сейчас мне представилась возможность немного пошалить.

— Что ж, Ваша Светлость, — повернувшись к нему лицом, я снова улыбнулся, — полагаю, ты станешь прекрасной центральной фигурой Ритуала.

У МЕНЯ ПЕРЕХВАТИЛО ДЫХАНИЕ

Я опаздывал.

Мой визит к герцогу и последующие приготовления заняли больше времени, чем ожидалось.

Свежевымытый, я наконец-то оделся для Ритуала в малиновый цвет, маска была на месте, когда я шел через заполненное людьми фойе. План состоял в том, чтобы найти Поппи, отделить ее от Виктера и Тони, а затем отвести в сад, где в конце концов должен был оказаться Киеран. Однако мои шаги замедлились. Это место было сумасшедшим домом.

Простолюдины перемещались среди Вознесенных, и Лордов, и Леди, как волны красного цвета. Я заметил горстку стражников только благодаря оружию, которое они носили. Людей было очень много, и аромат роз витал в воздухе, едва не задушив меня, когда я приблизился к Большому залу.

Я отмыл кровь герцога со своих рук, но ничто не смогло смыть с меня ухмылку. Она прочно закрепилась на моем лице и, скорее всего, останется там в обозримом будущем.

Особенно когда я вспомнил о его драгоценной трости из Кровавого леса.

Через открытые двери я увидел сотни людей, заполнивших этаж и ниши. Золотые и белые знамена были сняты, их заменили красные знамена Ритуала, напомнившие мне те, что висели в Вейфере. Моя верхняя губа приподнялась. Через каждые пару футов стояли вазы с розами всех оттенков, и вид их напомнил мне о том, как я подслушал жалобу Тони на них. Остановившись у колонн, я криво усмехнулся, оглядывая открывшуюся мне картину. Все выглядели одинаково — в одежде и масках цвета свежей крови. Мой взгляд скользнул по алькову, а затем вернулся к одной из колонн.

Боже правый!

Я увидел Поппи, стоящую там вместе с Виктером и Тони, и это проклятая странная дрожь снова ударила меня по затылку, и я затаил дыхание.

Я смотрел на Поппи из-за колонн, все еще находясь в нескольких ярдах от нее, и воздух просто выходил из моих легких, как будто я забыл, как дышать. И как же по-идиотски это звучит! Просто так дышать не забывают, но никогда в жизни я не чувствовал этого… этого толчка в груди. Никогда. Я не знал, было ли это потому, что она не была в вуали, или потому, что она не была в белом.

А может быть, потому что она была просто самым прекрасным существом, которое я когда-либо видел.

Ее волосы были откинуты с лица и спадали свободными волнами по спине, а их цвет напоминал мне малину в свете Большого зала. Красная маска-домино была выше вуали на несколько лиг, и даже с того места, где я стоял, мне показалось, что ее губы стали темнее и пышнее. А платье…

Рукава были малинового цвета, как и все остальное. Только ткань от лифа до бедер была непрозрачной. Остальная ткань была полупрозрачной, и вся она облегала соблазнительные изгибы ее тела.

Поппи повернулась, наклонившись в сторону от того места, где я стоял. Ее волосы заканчивались как раз над пышной и сладкой попкой.

Это платье.

Скорее всего, именно оно стало причиной моего сбившегося дыхания, потому что оно было до неприличия роскошным и созданным для греха.

И мое воображение разгулялось, перебирая в голове все самые веселые и разнообразные способы греха, когда я начал приближаться к ней. Затылок покалывало, когда я пробирался сквозь толпу, а сердце бешено колотилось.

Плечи Поппи напряглись, а затем она повернулась. Ее розовощекие губы разошлись, и… черт… столько желания охватило меня. Слишком сильно. Бриджи и туника были слишком тонкими для того, что я сейчас чувствовал.

— Привет, — сказала Поппи, а затем зажала рот.

Я усмехнулся, увидев, как розовеют ее щеки.

— Ты выглядишь…

Не было ни одного слова, которое могло бы выразить ее достоинства, поэтому я остановился на самом лучшем, что мог придумать в данный момент.

— Прекрасно.

Я повернулся к Тони, и, честное слово, она могла быть голой или в мешке, насколько я знал.

— Как и ты.

— Спасибо, — ответила Тони.

Я взглянул на Виктера.

— И ты тоже.

Он фыркнул, а Тони рассмеялась, но я почувствовал себя удовлетворенным, когда увидел улыбку Поппи.

Она повернулась к Виктеру.

— Ты сегодня выглядишь исключительно красивым.

Пожилой мужчина покраснел и слабо покачал головой.

Я переместился к Поппи и встал позади нее, как можно ближе.