Пряди вереска распустились, сплетаясь в тонкие ленты, которые тянулись, излучая неземное сияние. Я повернулась к Ионе, на щеках которой блестели слезы, когда она поднялась и шагнула вперед. Завитки ветра осветили пространство между Келлой и Ионой, когда я вернулась в объятия Эша. Я прижалась щекой к его груди, когда Первозданная энергия соединилась с Ионой, и я почувствовала, как клятва, которую дала Иона, глубоко засела в моей груди.

С громким хлопком высвобожденной энергии лучезарное сияние там, где лежала Келла, исчезло.

Как и Первозданная энергия..

ГЛАВА 55

У меня было не так много времени, чтобы переварить то, что произошло, или то, чем поделилась Келла. Всего через несколько секунд после того, как стражники отвели Иону в ее покои, чтобы она отдохнула после пробуждения, я почувствовала тот же внезапный прилив беспокойной энергии, который испытывала раньше.

На краю веранды я крепче сжала руку Эша, а другую рефлекторно прижала к животу.

— Колис.

В глазах Эша промелькнуло волнение, и Нектас быстро присоединился к нам.

— Ты чувствуешь его?

— Не так сильно, как раньше, — сказала я ему. — Но, по-моему, он приходит в себя.

Тени появились у него на горле, клубясь по бокам.

— Тогда нам нужно поторопиться. — От камня поднимался туман, клубясь вокруг наших ног, когда он притянул меня к себе. — Помни, о чем мы говорили, Лисса.

— Я помню, — сказала я, прижимаясь к его груди, когда он положил руку на плечо Нектаса. — Ты будешь вести.

— Посмотрим, как долго это продлится, — заметил Нектас.

Когда туман сгустился и поднялся вокруг нас, Эш прижался губами к моим губам. Его поцелуй был страстным и требовательным в те секунды, которые потребовались нам, чтобы пройти тенью к Каллистовым островам, отчего у меня перехватило дыхание и тепло разлилось внизу живота. Я улыбалась, когда туман рассеялся.

Эш тенью завел нас внутрь Холма, к главному входу в огромный одноэтажный дворец. Я мельком осмотрела окрестности. Среди травы высотой по колено цвели красные и белые полевые цветы. Тяжелые занавеси из мха свисали с ветвей деревьев, которые, словно переплетенные руки, простирались над широкими дорожками. Плющ покрывал стволы деревьев и тянулся вдоль дорожки, треская камень под нашими ногами и скрывая стену вдали, открывая лишь проблески темно-красного камня. В этом неухоженном дворе царила удивительная красота, и я не могла не задаться вопросом, хотела ли Весес, чтобы ее земля оставалась такой, или она стала такой из-за запущенности.

Воздух пронзил предупреждающий крик, заставивший меня посмотреть направо от нас. Группа из полудюжины стражников, одетых в красное и золотое, резко остановилась, когда они шли по тропинке.

Эш развернулся, поставив меня между собой и Нектасом, и начался абсолютный хаос.

Светловолосый стражник бросился вперед, выхватывая кинжал из теневого камня.

— Идиот, — прорычал Нектас, когда Эш обнажил меч из призрачного камня.

Эш схватил стражника за руку, сломав кость. Крик мужчины затих, когда Эш срезал голову бога с его плеч. В моей груди пульсировало эхо смерти, и я знала, что это только начало.

В группе из шести охранников было только двое не таких идиотов. Их лица побледнели, и они, развернувшись на каблуках, побежали прочь по высокой траве. Остальные трое бросились прямо на нас, когда с Холма донеслись звуки клаксонов. С неба донесся предупреждающий рев дракена.

Краем глаза я заметила, как волна мерцающего серебристого света накрыла Нектаса, когда он пошевелился. Звук топота сапог эхом разнесся по двору, когти Нектаса вонзились в камень. Его голова дернулась, массивные челюсти раскрылись. Он схватил ближайшего стражника за грудь, его острые зубы пронзили броню и кость, когда он потряс головой, разрывая стражника надвое.

Мои губы скривились, а ладони потеплели.

— Это было необходимо?

— Нет. — Нектас запрокинул свою рогатую голову. По его чешуе потекла кровь. — Но это было весело.

— Наши представления о развлечениях сильно отличаются. — Я повернулась к дверям, желая, чтобы они открылись.

Металл заскрежетал, а затем треснул, когда замки сломались. Эш развернулся, его меч столкнулся с другим, и тяжелые двери из теневого камня распахнулись. Он ударил стражника ботинком в грудь, раздробив кость, и выбросил левую руку. Из его ладони вырвались нити темного эфира, пронизанные серебром, и ударили в другого стражника. Более толстые нити эфира, извиваясь, устремились сквозь деревья. За криками боли последовали теплые импульсы смерти.

Возникло желание что-то с этим сделать — вырвать их из хватки смерти, но я смогла побороть это желание.

Мой взгляд скользнул по внутреннему убранству дворца, и я чуть не споткнулась, направляясь к ступеням. Я не могла видеть то, о чем думала. Я прищурилась, скривив верхнюю губу, когда уставилась на акварельные рисунки, украшающие потолок парадного входа.

На них была изображена Весес.

Обнаженная Весес.

— Что за черт? — пробормотала я.