— Мне не нравится ходить тенью между дворами, когда я нахожусь в здании, — ответила Белль. — Это странно.

Я нахмурила брови.

— Почему это странно?

— Мне кажется, что я случайно пройду сквозь стену или врежусь в нее, — Белль вздрогнула. — И застряну в ней.

Я уставилась на нее.

— Это… на самом деле очень странно.

— Я говорю это с глубочайшим уважением, — ответила Белль. — Пошла ты, мейя Лисса.

— Хорошо, — Айос потянула Белль за руку. — Пойдем, пока тебя не швырнуло в стену.

Белль поцеловала меня, и я улыбнулась, когда Айос потащила ее к дверям. Я уже начала поворачиваться к портретам, когда услышала слова Айос: — Можешь оставить нас на минутку?

Подумав, что она обращается ко мне, я повернулась, но поняла, что она говорит с Белль.

— Момент, в котором я не могу участвовать? — спросила Белль.

— Да.

— Почему…? — Айос прервала Белль поцелуем.

— Пожалуйста?

— Как я могу отказать, когда ты меня целуешь? — проворчала Белль. — Это нечестная тактика, — она отступила назад, на мгновение посмотрев поверх головы Айос на меня. — Я буду снаружи.

— Спасибо, любимая.

Я отвела взгляд и увидела, что Белль смотрит на меня слишком знакомым горячим взглядом. Прошло несколько мгновений, прежде чем я услышала, как закрылись двери библиотеки.

— Что случилось? — спросила я, оглядываясь через плечо.

Лицо Айос мило покраснело. Она подалась вперед, и ее грудь вздымалась от глубокого вздоха.

— Никтос удивился, что ты уже изменилась?

Не ожидая такого вопроса, я встретилась с ней взглядом.

— Да, пожалуй. Почему?

— Просто я никогда не слышала, чтобы Первозданный изменился так быстро, как это сделала ты. Белль сделала это совсем недавно, всего один раз, и даже ее столь быстрое изменение стало для меня сюрпризом.

— Угли уже созрели, когда были помещены внутрь меня, — сказала я, полушутя лукаво пожав плечами.

Айос кивнула, сцепив руки.

— Белль изменилась, потому что была расстроена. Мы говорили обо всем, что произошло, когда напал Кин, — ее взгляд переместился с меня на портреты. — Белль впервые заговорила об этом и рассказала, что она почувствовала, когда узнала, что я… что я умерла, — она быстро улыбнулась. — Она не очень-то любит откровенничать, как некоторые другие мои знакомые.

Слабая улыбка появилась на моих губах.

— Похоже, у нас с Белль больше общего, чем мы думали.

— Да, — на мгновение она замолчала. — Знаешь, когда тебя похитили, я знала, что Никтос найдет способ спасти тебя.

Я подняла брови.

— Правда?

— Я еще не проснулась, когда Никтос покинул Царство Теней, чтобы вернуть тебя, но я слышала, как его невозможно было отговорить. Даже Нектас не смог убедить его подождать, пока силы Царства Теней смогут присоединиться к нему, — сказала она, отчего у меня сжалось в груди. — Впрочем, меня это не удивило. А вот его реакция — его желание добраться до тебя как можно скорее — да. Я видела, как он смотрел на тебя — с того самого момента, как привез сюда. Даже когда он был зол. Я видела, как он смотрел на тебя в ночь твоей коронации, и я знала, что означает этот взгляд желания, пронизывающий до костей.

— Правда? — прошептала я.

— Он смотрел на тебя так же, как Белль смотрит на меня во время наших встреч. Так я поняла, что смотрю на нее также, — ее улыбка была сладкой. — Его любовь к тебе была такой ясной, вытравленной в каждом дюйме его плоти.

У меня перехватило дыхание.

— И я видела это на твоем лице. Я увидела это задолго до этого, — продолжила она, вызвав у меня прилив удивления. — Я услышала это в твоем голосе в ночь твоей коронации, когда ты спросила, была ли я когда-нибудь влюблена, и каково это.

Я вспомнила, что именно она мне ответила.

— Ты сказала, что это похоже на ощущение дома, даже в незнакомом месте.

— Я была не права?

— Ты была права, — мои глаза внимательно изучали ее. — Тогда ты говорила в прошедшем времени…

— Помнишь, я ответила — да, и нет, на вопрос о том, являются ли наши отношения с Белль новыми? — сказала она. — Мы возобновили их совсем недавно.

Я начала говорить, но остановила себя.

— Что? — спросила Айос.

— Я собиралась быть любопытной.

— Пожалуйста, будь.

Мне не нужно было получать разрешение дважды.

— Что случилось, что вы провели два десятилетия в разлуке, хотя, как мне кажется, вы обе все еще любили друг друга?

— Трудно сказать, — Айос вздохнул. — Белль может быть…

— Сложной? — предположила я.

Она рассмеялась.

— Я хотела сказать, что она может быть настолько сильной, что сложно не почувствовать себя слабой в сравнении с ней.

— О, — мои губы сжались. — Прости, — я наклонилась к ней. — Ты не слабая, Айос.