Почему этот ублюдок должен был рассказать Эшу, что предлагал Колис, когда я была в Далосе? Более того, разве кто-то может получать от этого удовольствие?

Эш наклонил голову и поцеловал меня в висок.

К нам вернулась Келла с пергаментом в руках. Опустив руку, Эш взял его и подержал так, чтобы мы оба могли прочитать.

— У тебя прекрасный почерк, — пробормотала я.

— Спасибо. — Келла вернулась на свое место.

Сделав глубокий вдох, я начала читать пророчество.

Из отчаяния, порожденного золотыми коронами и смертной плотью, рождается великая Первозданная сила, которая становится наследницей земель и морей, небес и всех королевств. Тень в тлеющих углях, свет в пламени, чтобы стать огнем во плоти. Для того, кто рожден от крови и пепла, носителя двух корон и дарующего жизнь смертным, богу и дракену. Серебряный зверь, из огненной пасти которого сочится кровь, купающийся в пламени самой яркой луны, которая когда-либо рождалась, станет единым целым.

Когда звезды погаснут в ночи, великие горы обрушатся в моря, а старые кости поднимут свои мечи на сторону богов, ложный будет лишен славы, когда великие державы споткнутся и падут, некоторые все сразу, и они провалятся сквозь пламя в пустоту небытия. Те, кто остался стоять, будут дрожать, опускаясь на колени, будут слабеть, становясь маленькими, когда о них забудут. Ибо, наконец, восстанет Первозданный, дающий кровь и приносящий кости, Первозданный Крови и Пепла.

Двое рожденных от одних и тех же злодеяний, рожденных от одной и той же великой и Первозданной силы в мире смертных. Первая дочь, в жилах которой течет огненная кровь, предназначена в жены некогда обещанному королю. И вторая дочь, в жилах которой течет кровь пепла и льда, — вторая половина будущего короля. Вместе они переделают королевства, приближая конец света. И вот, когда прольется кровь последнего Избранного, великий заговорщик, рожденный из плоти и огня Первозданных, пробудится как Предвестник и несущий Смерть и разрушение в земли, подаренные богами. Берегитесь, ибо конец придет с запада, чтобы уничтожить восток и опустошить все, что лежит между ними..

Я откинулась на спинку стула, глядя на Эша, и мое сердце бешено колотилось.

— Колис был неправ. — Я посмотрела на Келлу. — И он не знал о двух дочерях.

Первозданная богиня ничего не сказала.

Я потерла ладонями колени, внезапно почувствовав беспокойство. Я должна была бы почувствовать облегчение от того, что Колис ошибся в порядке следования пророчества, но это означало, что Пенеллаф была права, и мои подозрения относительно того, как это звучало, тоже могли оказаться справедливыми.

— Колис сказал, что часть о носителе двух корон и о рожденной из крови и пепла была обо мне.

Первозданная богиня помолчала еще несколько мгновений.

— Я не была уверена, что это относится к тебе, — сказала она, сжав руки так сильно, что я увидела, как побелели костяшки ее пальцев. — Только после твоей коронации.

— Самая яркая луна, — пробормотал Эш, все еще не отрывая взгляда от бумаги, которую держал в руках. — Это просто пришло мне в голову. И в этом был смысл. — Он поднял глаза, встретившись со мной взглядом. — Твои волосы всегда напоминали мне лунный свет. — Он издал грубый смешок, его взгляд переместился на Келлу. — Вот почему ты сказала, что это вселило в тебя надежду.

Дельфай, Бог прорицания, сказал то же самое.

— Колис тоже думал, что я серебряный зверь, но…

— Серебряный зверь, из огненной пасти которого сочится кровь, купающийся в пламени самой яркой луны, которая когда-либо рождалась, станет единым целым, — прочитал вслух Эш. Его горло напряглось, когда он сглотнул. — Я — серебряный зверь.

— И ты стал им, — сказала Келла.

Эш моргнул, качая головой.

— Это безумие. У меня было… — Он замолчал, прочищая горло. — Тогда это означает, что фальшивый Колис будет уничтожен. Будет побежден.

— Это не единственное, о чем здесь говорится. — Я поднялась, не в силах оставаться на месте. — Я всегда думала, что пророчество гласит, что Колис потерпит поражение, но затем вернется. — Я зашла за диван. — Что он был лжецом, а также великим заговорщиком. И мы… — Я остановилась, прежде чем заговорить о наших планах.

Однако Эш понял, к чему я клонила. Он кивнул.

— Но это также звучит так, как будто восстанет Первозданный из Крови и костей. Если это не Колис, то кто же тогда?

Я остановилась, когда дошла до выхода наружу. У меня в груди все сжалось. Я повернулась туда, где сидели Келла и Эш.

— Что это еще за часть? После того, как будет сказано: — По мере того, как они будут забыты?

Эш снова обратил свое внимание на пергамент.

— Ибо, наконец, восстанет Первозданный, дающий кровь и приносящий кости, Первозданный из Крови и костей.