— То же самое, — пробормотал Уорд, глядя на Пенеллаф, когда она замолчала.

Ее волосы цвета меда покачнулись, когда она покачала головой.

— Та часть о носителе двух корон? Он считает, что это относится к тебе. А как насчет восстания великой Первозданной силы? Он верит, что это он? Но этого не может быть. Фраза «дающий кровь» и «приносящий кости» не имеет смысла. Это означало бы, что он создает — или привносит в творение — Первозданный из Крови и костей. Не то, чтобы он становится таковым.

— Возможно, я неправильно повторяю. — Росло разочарование. — Это вполне возможно.

— Это могло бы быть так. — Уорд наклонился вперед, упершись локтями в колени. — Но, похоже, кто-то может точно знать, о чем говорится в этой части пророчества. Кто-то другой, кроме Колиса.

Мой взгляд метнулся к Пенеллаф, и я поняла, что в тот момент она поняла то же, что и я.

Она улыбнулась.

— Келла. — В голубых, как океан, глазах Пенеллаф промелькнуло возбуждение. — Она достаточно взрослая, чтобы знать о снах Древних, и достаточно умная, чтобы помешать Колису осуществить ее.

Я кивнула в знак согласия, более чем обнадеженная. Мне стало ясно, что Келла что-то знала, когда она подошла ко мне и Эшу на коронации и заговорила о моем титуле. Могло ли это быть из-за видения? И может ли это означать, что она не только знает, что оно означает, но и знает правильный порядок?

— Никтос в настоящее время просит Аттеса помочь с призывом Первозданных, — поделилась я с ними. — Мы уже планируем посетить равнины Тии, чтобы поговорить с Келлой о Древних. — Я заставила себя тяжело выдохнуть. Терпение никогда не было моей добродетелью. Я хотела отправиться на равнины Тии прямо сейчас, но мне нужно было быть умной, а не нетерпеливой. Что обычно не было свойственно моей натуре. — Я спрошу ее потом.

— Так что насчет призыва Первозданных? — Богиня подняла свою чашку. — Ты попросишь их прийти в Царство Теней?

— Да. — Краем глаза я заметила, что Ривер обратил внимание на печенье. — Мы знаем, что это будет рискованно, но мы решили, что для нас важно знать, кто будет с нами, а кто восстанет против нас.

— Мы. — Пенеллаф слегка вздрогнула. — Ты даже не представляешь, как давно никто из нас не слышал, чтобы Первозданный Жизни употреблял слово «мы», когда говорил о принимаемых решениях. Это поистине оргазмично.

Уорд выгнул бровь и искоса взглянул на нее.

Криво усмехнувшись, я наклонилась вперед и взяла одно из слоеных печений.

— Я хотела еще кое о чем поговорить с Холландом. — Откинувшись на спинку стула, я оторвала маленький кусочек печенья и сказала: — Я хотел спросить его о плане Эйтоса и душе Сотории.

— О, я не уверена, что могу тебе сказать по этому поводу. — Удивление промелькнуло на ее прекрасном лице, когда она перевела взгляд с Уорда на меня. — Но я могу попытаться.

— Я не понимаю, о чем думал Эйтос, когда разрабатывал этот свой план, — начала я, пытаясь разобраться в своих мыслях, и предложила Риверу кусочек печенья. Он взял его быстро, не разжимая при этом моих пальцев. — Он соединил угли жизни и душу Сотории, чтобы создать оружие, способное убить Колиса.

Пенеллаф нахмурилась.

— Да. Вот как я это понимаю.

— Но он должен был знать, что Колиса нельзя убить, пока не появится другой, который займет его место. Колис позаботился о том, чтобы это было невозможно. Это то, о чем Эйтос знал, — сказала я, когда Ривер потянулся и схватил остатки печенья. Я надеялась, что он не слишком внимательно нас слушает. — Я предполагаю, что он верил, что мне, как Сотории, удастся убить Колиса, и тогда его сын вознесется как истинный Первозданный Жизни — что является огромным риском, если исходить только из предположения. Он должен был поверить, что я не только захочу убить Колиса, но и буду способна на это. И, возможно, именно поэтому он отправился к Холланду в первую очередь. Надеясь, что Судьба каким-то образом вмешается и подготовит меня.

Пенеллаф нахмурилась еще сильнее.

— Но это не отменяет того факта, что со смертью Колиса его сущность вернулась бы в королевства. Это вызвало бы неисчислимые разрушения и нарушило бы равновесие. И я знаю, что происходит, когда равновесие нарушается.

— Это верно, — начала Пенеллаф, ставя чашку на блюдце, — но только в том случае, если последние истинные угли Смерти не будут извлечены из Колиса и перенесены в другое место, достаточно прочное, чтобы противостоять их силе и Вознестись. Это не то же самое, что естественное вознесение, но это должно сработать, поскольку именно Араэ получили Звездный алмаз для такой ситуации, как эта.

Я отшатнулась.