Каждая часть меня сосредоточилась на Нектасе. Я знала, что он не причинит вреда Эшу. Он никогда этого не сделает. Но чисто инстинктивной части меня это не нравилось.

Энергия нарастала в Эше, заставляя воздух заряжаться. Статика потрескивала на моей коже, когда эфир поднялся в ответ. Одна из лампочек взорвалась, разбросав во все стороны мелкие осколки стекла.

— Прекрати, — повторил Нектас, отступая назад от Эша, пока он не прижал его к стене буфетом, положив предплечье ему на грудь. — Тебе нужно успокоиться.

Откуда-то из комнаты донесся звук. Шипение, отчетливо кошачье, когда я шагнула к Нектасу и Эшу, разжимая и сжимая руки по бокам.

— Ради богов всего мира, — пробормотал Айдун, — почему именно я должен был явиться на призыв?

— Мне нужно, чтобы ты успокоился, пока ни у кого из нас не осталось выбора, чтобы заставить тебя. — Мышцы на спине Нектаса напряглись, когда он изо всех сил пытался удержать Эша. — И желательно до того, как выпустятся когти и Сера разорвет меня.

Когти выпустятся…?

Я резко остановилась, только тогда поняв, что я всего в нескольких футах от Нектаса, и мои руки… чувствовали себя странно. Они покалывали. Я посмотрела вниз, и мои глаза расширились.

Мои ногти удлинились и заострились.

— Что за…?

— Я знаю, что ты злишься. Я знаю, что ты боишься, — сказал Нектас, и эта последняя часть привлекла мое внимание. — Но если ты пойдешь на этого ублюдка вон там, ты знаешь, что произойдет.

— Ублюдок? — пробормотал Айдун, пока я пялилась на Эша и Нектаса. — Это было неуместно.

Что бы ни происходило с моими руками, это отошло на второй план, когда возникло сильное предчувствие. Крошечные шишки выступили на моей коже. Если Эш нападет на Айдуна, Древний нанесет ответный удар. Нектас защитит Эша. И я тоже. Но Древний…

Страх нарастал, когда я смотрела на него. Он убьет Нектаса. Мой желудок сжался. Он мог убить Эша, потому что, как сказал Айдун, Эш теперь был Первозданным без Двора. Его смерть повлияет на Илизиум и смертный мир, но не так сильно, как смерть любого другого Первозданного.

Страх врезался в меня, почти выбивая колени из-под меня, когда огни дико замерцали.

— Эш, — прошептала я. — Пожалуйста.

Чистый серебряный взгляд Эша метнулся ко мне. Наши глаза встретились. Прошло напряженное сердцебиение, а затем тени под его плотью поредели.

— Я в порядке.

— Ты уверен в этом? — Нектас все еще сдерживал его. — Потому что я буду очень разочарован, если отпущу тебя, а ты на него накинешься.

— Я не буду. — Его глаза не отрывались от моих. — Я спокоен. Мне просто нужно поговорить с Серой. Наедине.

— На вызов нужно ответить…

— Пара минут ничему не повредит, — оборвал Нектас Древнего.

Челюсть Айдуна напряглась, когда он отвернулся.

— У них есть пять минут. Это все.

Я прикусила язык, сосредоточившись на Эше. Темные щупальца эфира почти исчезли.

Нектас отпустил Эша и медленно отступил назад. Он не сводил глаз с Первозданного, пока Эш отталкивался от стены. Я тоже, когда он подошел и схватил меня за затылок. Он притянул меня к себе, опустив подбородок на мою макушку. Мои руки обхватили его талию, и я крепко держала его, пока дрожь пробежала по нему.

— Снаружи, — приказал Нектас.

Наступила пауза, а затем Древний глубоко вздохнул.

— Единственная причина, по которой я следую за тобой, заключается в том, что это только задержит события, если я этого не сделаю.

— Да, — протянул Нектас. — Это и тот факт, что ты знаешь, что я оторву тебе руки и буду бить ими по голове.

Мои глаза широко распахнулись.

Айдун усмехнулся, и это прозвучало по-другому. Тепло. Настолько реально, что я подняла голову с груди Эша.

— Знаешь, я уже видела, как это случалось раньше. Смеюсь каждый раз, когда думаю об этом.

— Почему это меня не удивляет? — пробормотал Нектас, дверь захлопнулась и заглушила все его остальные слова.

— Даже не знаю, что сказать по этому поводу, — прошептала я, качая головой. — Интересно, как Нектас мог обращаться к нему по имени?

— Я не знаю, и мне все равно. — Пальцы Эша зарылись мне в волосы, а его грудь резко приподнялась напротив моей. Его черты лица были суровыми — слишком суровыми. — Мне это не нравится, Сера.

— Мне тоже. — Я сглотнула, но в горле пересохло. — Но это то, что есть. — Я попыталась успокоить свое сердце и разум, чтобы сосредоточиться. — Мы знаем, что скажет Колис. Он потребует нашей лояльности и, я полагаю, прикажет мне отказаться от любых притязаний на трон. Возможно ли это вообще?

Эш не ответил, уставившись на меня, но вадентия сказала мне, что это так. Вроде того. Вместо того, чтобы правил истинный Первозданный Жизни, это будет истинный Первозданный Смерти. Впервые.

Но королева богов также была первой.