— Это потому, что твой разум не смог увидеть его таким, какой он есть, — объяснил он, когда мои брови поползли вверх. — Только истинный Первозданный Жизни и истинный Первозданный Смерти обладают знанием, чтобы увидеть Судьбу такими, какие мы есть.

Тот факт, что мы могли видеть их такими, какие они есть, потому что мы знали, что они собой представляют… имел смысл.

— Я не думаю, что ты хотел говорить со мной о Холланде.

— Нет. — Он шагнул вперед, его ноги скользили по траве и мшистым камням. — Я видел все возможные завтра. Некоторые из них обязательно наступят, а другие еще не написаны. Существует так много возможностей.

Я перевела взгляд на него. Синева перешла в зелень его глаз.

— Ладно?

— Столько мелких выборов могут изменить исход, как ты уже хорошо знаешь, — сказал он, и моя кожа покрылась прыщами. — Что-то маленькое и незначительное может изменить ход событий. Вот почему будущее никогда не бывает полностью предопределено.

Я медленно кивнула.

— Я почти уверена, что уже слышала это раньше, так что…

— Но есть возможности, которые становятся событиями, записанными в сущности миров, — сказал он, понизив голос, когда у меня перехватило дыхание. — Серия шагов и выборов, которые неизбежно приведут только к одному результату. — Коричневый цвет прорезал синий, а в его глазах зажглись звезды. — Если среди Первозданных начнется война, равновесие будет нарушено способами, которые будут иметь ужасные последствия. — Звезды в его глазах засияли так, что на них стало почти больно смотреть. — Мои братья, которые ушли в землю, будут потревожены.

Холодок пробежал по моей спине, несмотря на влажный ветер.

— Они проснутся?

— Сознание вернется к старейшим и сильнейшим из них. Это не маленький шаг, но один из многих, которые приведут к их Пробуждению. — Он наклонил голову. — Точно так же, как предательство Колиса своего брата было шагом. То, что сделал Эйтос, изменило его, но это был еще один шаг. Кровь, которую ты взяла у Никтоса, была еще одним шагом.

Я отстранилась, моя кожа потеплела.

— Я не знала, что Древние такие… скрытные.

— Ты многого не осознаешь.

Нетерпение овладело мной.

— Почему у меня такое чувство, что ты не хочешь просветить меня обо всех этих вещах?

— Баланс, — промурлыкал он. — Но я могу сказать тебе, что некоторые вещи неизбежны. Эйтос увидел это, и у него был план.

Я скрестил руки на груди.

— И какой же это был замечательный план.

— И у тебя есть план.

Я рассмеялась, и звук получился едким.

— Не знаю, какой у меня, по-твоему, план, кроме как придумать, как избавиться от Колиса…

— Дело не только в нем, — вмешался он. — Доверяйте своим инстинктам.

— Ты имеешь в виду вадентию?

— Я имею в виду… — сказал он, прижав палец к моей груди, чуть ниже ключицы.

Я оттолкнула его руку. Я не смогла бы удержаться, даже если бы захотела.

Он был невозмутим.

— Твои инстинкты.

— Ладно, — сказала я, уставившись на него. Я предположила, что он говорил о моих инстинктах. — Спасибо за… что бы это ни было.

Цвета в его глазах замедлились.

— Предотвращение этой войны было невидимой нитью, но и тебя изначально не было. Ты понимаешь, что это значит?

Я оглядела деревья, созданные Айос, как будто они содержали ответы. Но их там не было.

— Ты — то, что обрывает эти нити — заканчивает одни и плетет новые. Доверься своим инстинктам, — сказал он. — Ибо если то, что выйдет из этой встречи, — это война, она не закончится, пока не будет крови и костей.

ГЛАВА 18

Сбивчивое предупреждение Айдуна не давало мне покоя, но времени на раздумья не было. Он снова взял меня за руку и тенью перенес нас в передний двор Дворца Кор.

— В следующий раз неплохо было бы предупредить, — пробормотала я, прижимая руку к бурлящему животу, когда эфир запульсировал, оповещая меня об очередном Первозданном.

Айдун изогнул бровь:

— Я приму это к сведению.

Я ни на секунду не поверила ему, глядя вверх. Из центра дворца поднимались четыре ступенчатые хрустальные башни. Трещины в хрустале преломляли солнечный свет. Мой взгляд опустился на инкрустированную алмазами каменную крепость. Крупные и мелкие трещины тянулись по всей длине колонн и стен за ними.

Должно быть, кто-то сделал уборку. На этот раз не было ни тел, привязанных к стенам крепости, ни висящих на деревьях. Если бы это было так, меня бы точно стошнило на Древнего.

— Ты в порядке? — спросил Айдун, взглянув на мою руку.

— От теневого шага меня иногда подташнивает, — я опустила руку. — Меня тошнит от всего этого места.

Его левый глаз слегка сузился, а другая сторона рта изогнулась:

— Интересно.