Подали блюдо с сыром, фруктами и хлебом, и я молча съела по нескольку кусочков каждого, размышляя о том, чем поделилась Даметрия. Она была на коронации. Итак, означало ли это, что она служила в другом суде? Или она была членом суда здесь, в Далосе?

Я не знала, но она казалась такой непохожей на других, особенно когда наконец с важным видом вышла из комнаты, постукивая свернутым пергаментом по крепкой груди Элиаса.

Все мысли о ней отодвинулись на задворки моего сознания, когда Колис вернулся.

Лже-король выглядел немного более непринужденно, когда снова уселся на трон, придавая некоторую достоверность тому, на что намекала Даметрия.

И это было гораздо более отвратительным, чем все, что говорил Урос.

Вошли еще несколько богов, но внезапная пульсация углей в моей груди заставила меня обратить внимание.

Повернувшись к дверям, я не увидел бога рядом с Колисом. Затем появилась высокая, широкоплечая фигура, одетая в темно-коричневую кожу и черную тунику под доспехами с эмблемой в виде шлема.

Я сразу узнал этого ублюдка с песочными волосами.

В конце концов, Первозданный Мира и Мести внешне был идентичен своему брату, за исключением того, что на его лице не было шрама.

Кин был ответственен за смерть Эктора и за многое другое. Волна гнева пронзила меня, когда я проследила за его передвижениями.

— Кин, — признал Колис, склонив голову.

Первозданный поклонился.

— Ваше величество.

— Я полагаю, у вас есть для меня новости?

Новости? Мои уши сразу навострились.

— Да. — Кин остановился там, где Урос превратился в слизь на полу.

— Тогда присаживайся. — Колис протянул руку в сторону стульев и диванчиков, когда Первозданный Мира и Мести наконец посмотрел в мою сторону.

Негодование было очевидно в его наполненных влагой глазах и плотно сжатых губах.

Я не нравилась Кину.

Я могла это понять, даже несмотря на то, что его чувства были неуместны. Колис вынудил меня убить Тэда, одного из юных дракенов Кина, в наказание за то, что Эш не запросил его одобрения на мою коронацию. Я вернула Тэда к жизни, но Кин этого не знал. Может быть, если бы он знал, его яростная неприязнь ко мне изменилась бы.

Но мой кипящий гнев не изменился. Угли пульсировали в моей груди, когда я выдерживала пристальный взгляд Кина, больше созвучный Первозданному Мести, чем Жизни. Мне было все равно, манипулировали ли им или каковы были его приказы. Он напал на Царство Теней. Убил тех, о ком я стала заботиться. Какое бы понимание ни существовало во мне, на этом оно закончилось.

— Возможно, этот разговор лучше провести в другом месте, — заявил Кин, послав мне уничтожающий взгляд, задержав его на мне. — Поскольку это имеет отношение к Царству Теней.

Меня пронзила волна напряжения.

— Конечно, это связано с моим нелюбимым двором на данный момент, — сухо ответил Колис. — Мы можем открыто обсуждать Царство Теней в ее присутствии. Она никуда не денется.

Это был один из тех моментов, когда мне приходилось напоминать себе держать рот на замке.

Кин на мгновение заколебался, затем кивнул.

— Можно мне? — Он кивнул подбородком в сторону комода из темно-вишневого дерева.

— Конечно, — пробормотал Колис, его пальцы начали лениво постукивать. — Угощайся.

— Спасибо, — Кин подошел к буфету, его длинные ноги сокращали расстояние. — Я говорил с одним из командиров Никтоса относительно их присутствия на побережье Бонеленда.

Я ломала голову, думая о том, о ком бы он мог говорить. Это должен был быть один из тех, кто близок к Эшу.

— Они не желают подчиняться командам, — продолжил Кин, вытаскивая стеклянную пробку из большого графина, наполненного жидкостью янтарного цвета. — Они отказываются выводить свои войска до тех пор, пока Никтос не будет освобожден.

Гордость захлестнула меня, и мне пришлось побороть себя, чтобы не показать этого, потому что я чувствовала на себе пристальный взгляд Колиса.

— Я ожидал этого, — сказал Колис. — Дракены все еще с ними?

Налив себе бокал виски, Кин кивнул.

— Да. Их трое.

— Нектас?

— Да. — Кин поставил пробку на место.

Мое сердце бешено заколотилось, пока я ждала, что он назовет имена остальных.

Первозданный сделал глоток, и его губы приоткрылись, я предположила, из-за вкуса ликера. Даже с того места, где он стоял, я видела размер его клыков. Они были массивными.

— Присутствие Нектаса там и их отказ покинуть Бонеленд не сулит ничего хорошего для переговоров, — сказал Кин, поворачиваясь. Его пристальный взгляд скользнул по мне. — Ты же знаешь, как дракены относятся к землям, которые они считают священными.

Колис об этом не упоминал.

Лже-король вздохнул.

— Если бы они думали о каждой земле, содержащей останки павших в прошлых битвах, таким образом, каждый клочок земли был бы священным.

— Да, но земли к западу от гор переходят в царство смертных, — сказал Кин. Он говорил о Скотосе? — Где древние…