Его бледные глаза расширились.

— Я и не предполагал, что ты глупа. Это последнее, на что ты способны.

Помимо того, что Весес была очень, очень глупа, Каллум не выглядел обеспокоенным за нее. И он явно испытывал какую-то симпатию к этому ужасному, хотя и симпатичному чудовищу. Я не знала, что и думать обо всем этом. На самом деле, у меня просто не было на это сил.

— Слушай, я просто хочу поговорить с ней о том, что произошло. Ты знаешь, почему я этого хочу. Вы же были там, в конце концов. — Густые ресницы опустились. — Все, что я хочу сделать, это поговорить с ней об… — Ее хрупкие плечи вздрогнули, — об этом наедине.

Мои глаза сузились. Да, я не думаю, что она пришла сюда именно за этим.

Губы Каллума сжались, когда он посмотрел в мою сторону.

— Черт. — Он провел рукой по волосам. — У тебя есть десять минут.

— Это все, что мне нужно. — Весес ярко улыбнулась, взяла его руку и сжала ее. — Спасибо.

Бросив на меня последний взгляд, он снова выругался и вышел из комнаты.

Оставив меня с Первозданной, которая уже однажды пыталась меня убить.

Не то чтобы он знал об этом.

Дверь закрылась, и Весес сказала:

— Просто чтобы ты знала, я здесь не для того, чтобы благодарить тебя за попытку вмешаться той ночью.

— Мне это даже в голову не пришло.

— Хорошо. Потому что мне это даже понравилось, — сказала она. — У Кина есть некая… садистская грань, которая меня просто заводит… — Она задрожала. — Делает мокрой.

— Конечно.

— Что? Ты мне не веришь? Это был не первый раз, когда меня наказывали подобным образом. Если это можно назвать наказанием. — Она провела пальцем по вырезу своего платья. — Если ты действительно разозлишь Колиса, а он будет в настроении развлечься, он отдаст тебя на вечер одному из своих дракенов. — Она провела пухлую розовую губу между зубами. — И поверь мне, когда у них вылезают когти и чешуя, они жестко трахаются. — Она тихонько засмеялась. — Обычно Колис любит наблюдать, а я получаю от этого еще большее удовольствие. Когда я кончаю, то смотрю на него. К сожалению, то, что ты сказала, положило конец всему, прежде чем все стало по-настоящему хорошо и…

— Похоже, для тебя очень важно убедить меня в том, что ты говоришь правду, — перебила я, не желая больше ничего слышать. — Или ты пытаешься убедить себя, что тебе это понравилось?

Ее палец остановился в центре лифа.

— Может быть, и так. — Я подошла ближе к решетке. — Я уверена, что грубость Кина говорит о твоем садизме. Это то.

, что делает тебя мокрой.

Ноздри Весес вспыхнули.

— Но я также знаю, что я видела на твоем лице, когда Колис вызвал Кина. Может, ты и получила удовольствие, но сначала ты этого не хотела. — Я выдержала ее взгляд. — Я уверена, что и смертные, и Первозданные называют это одним и тем же…

— Не надо, — предупредила она, оттопырив губы, — Даже заканчивать это предложение. Это пустяк, и я не должна тебя благодарить.

— Я бы не хотела, даже если бы ты и хотела. — Я посмотрела на нее сверху вниз. — Как ты вообще здесь оказалась?

Она издала тонкий, но все еще как-то привлекательный смешок.

— Я могу задать тебе тот же вопрос.

— Думаю, очевидно, почему я здесь.

Ее взгляд стал проницательным.

— Возможно.

Мои глаза сузились, в них появилось беспокойство.

— Но чтобы ответить на твой вопрос, мне пришлось… выгрызть себе свободу. — Она подняла свои стройные руки, когда мои брови взлетели вверх. — Если ты думаешь, что мне пришлось перегрызть мышцы и кости на обеих руках, то ты права.

Я уставилась на нее, и в моей голове тут же возникли жуткие образы.

— Правда?

— А как еще, по-твоему, я освободилась от кандалов, сделанных так же, как и эта твоя маленькая симпатичная клетка? — Весес опустила взгляд на свои руки. — На то, чтобы отрастить их от локтя вниз, ушло некоторое время.

— Это… отвратительно.

— Видела бы ты меня, когда это были просто изуродованные обрубки, — ответила она. — Все равно я была гораздо привлекательнее тебя.

Я закатила глаза.

— Признаюсь, это было экстремально, но когда я почувствовала смерть Ханана, я просто знала, что это сделал наш дорогой Никтос, — сказала она, и мои зубы начали скрежетать на части — наш Никтос.

. — Именно это и вывело меня из стазиса, если тебе интересно знать.

— Мне нет.

Весес ухмыльнулась.

— В любом случае, никто другой не осмелился бы на такое. Но, как я уже говорила тебе, Никтос может быть таким… восхитительно непредсказуемым в своем гневе. Я решила, что Ханан попал к тебе в руки, ты так или иначе мертва, и мне лучше как можно меньше думать о себе, пока Никтос не вернулся и не обвинил меня в том, к чему я не имею никакого отношения.

— Ты забываешь, что он заключил тебя в тюрьму, потому что ты пыталась убить меня?