— Ты не скажешь Колису.

— Ты слишком уверена в этом.

— Я не уверена. Я просто знаю, что я права. — Она придвинулась так близко, как только могла, не касаясь решетки. Нас разделял всего один фут. — Ты не скажешь ему, потому что знаешь, как он отреагирует. И несмотря на то, что я говорю, ты не поставишь меня в такое положение, потому что ты такая хорошая и порядочная смертная.

Напряжение закралось в мои плечи.

— Ты права.

Ее улыбка стала самодовольной.

— Но ты также не права. Я не добрая и не порядочная, так как предпочла бы видеть тебя мертвой, а не наказанной.

Смех Весес был похож на звон ветра.

— Вижу, ревность заставляет тебя говорить ужасные вещи.

В моей груди зашевелились угли — гнев продолжал разгораться.

— Я знаю.

Она наклонила голову.

— О чем?

— О сделке, которую ты заключила с Никтосом.

Улыбка Весес померкла.

Моя вернулась.

— Колис, похоже, был разочарован тем, что ты не рассказала ему о моем присутствии в Царстве Теней. Как ты думаешь, что он почувствует, узнав, что ты заключила договор с его племянником о том, чтобы скрыть от него любые сведения обо мне?

Удивление на мгновение озарило ее черты.

— Он рассказал тебе? — Ее глаза встретились с моими, и коварная улыбка сменила прежнее изумление. — Он сказал тебе, как ему хотелось заключить сделку? Как ему понравилось…

— Ты можешь нести о себе любую ерунду. — Прилив ярости заставил угли в моей груди разгореться. — Но даже не пытайся делать это о нем, ты, больная сука.

Весес усмехнулась, обнажив клыки.

— Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне?

— Как я смею? Да что с тобой такое, ради всего святого? — Я с трудом сдерживала пульсирующие угли. — Не может быть, чтобы ты не понимала, насколько отвратительно то, что ты сделала. Ты не можешь быть настолько безумной. — В тот момент, когда слова покинули мой рот, я поняла, что Колис был настолько безумен, так что Весес, скорее всего, тоже. Я покачала головой. — Очевидно, то, что произошло ночью в Зале Совета, было не в первый раз. Ты знаешь, каково это.

— Я уже говорила тебе, мне понравилось…

— Мне все равно, что ты утверждаешь! — Крикнула я, и ее глаза расширились, когда из меня вырвался поток энергии, задрав юбку Весес и заставив качнуться люстру. — Ты знаешь, каково это, и все равно делаешь это с кем-то другим — с тем, с кем ты когда-то дружила. Да, я знаю, что когда-то вы были близки. Но это не имеет значения, не так ли?

Ее глаза расширились, когда платье опустилось на ноги. Прошло мгновение. Затем еще одно.

— Я же не причинила ему вреда.

— Ты нет? — Мои руки сжались в кулаки. Да помогут мне боги, я собиралась убить эту суку. Я найду способ.

— Что сказал Колис? Что, несмотря на свою красоту, ты говоришь такие гадкие вещи?

Ее грудь поднялась при глубоком вдохе.

— Он был прав. — Мое тело задрожало от ярости. — Он просто забыл упомянуть, насколько ты уродлива внутри.

Серебристая сущность влилась в ее вены.

— Ты ничего не знаешь обо мне, маленькая девочка.

–

Маленькая девочка? Я думала, что это я толстуха, — ответила я. — А я знаю о тебе достаточно, Весес, чтобы понять, насколько ты развратна внутри.

— Я пыталась защитить Никтоса! — Ответила она. — И я делала это с большим риском для себя.

— Ты пыталась защитить его, заставляя его позволить тебе питаться от него? Получая от этого удовольствие? — Мое сердце гулко забилось, когда я попыталась обуздать свой гнев, прежде чем полностью потеряла контроль над собой. Меньше всего мне нужно было, чтобы Колис почувствовал, как я использую угли. Проклятье, он мог уже заметить. — Ты просто чертовски беспорядочна.

— А ты кто? — Потребовала Весес, огрызаясь на воздух вокруг себя. — Это риторический вопрос. Я знаю, кто ты. Шлюха.

Я разразилась сухим смехом.

— Тебе действительно нужно поработать над своими оскорблениями, Весес. Они действительно жалкие.

— Это не оскорбление, когда это правда. У тебя был Никтос. Он был недостаточно хорош? Тебе пришлось поиметь Колиса?

–

Поиметь.

Колиса? — Я оборвала себя, прежде чем сказал то, что она могла бы использовать против меня. Я ненадолго закрыла глаза. — Почему многие из вас сошли с ума?

— Это оскорбительный вопрос.

Голова болела, я позволила ей откинуться назад. Я уставилась на решетку над собой.

— Я не понимаю большинство Первозданных, но ты? Мне кажется, я понимаю тебя меньше всех.

— Скорее всего, ты недостаточно умна и житейски образована, чтобы хотя бы начать понимать меня, — проворчала она.

Я вздохнула.