Даже когда ужасное лицо оказывается совсем рядом, я все еще думаю, что сплю. Или же схожу с ума. В конце концов, как это может быть реальным?
Хоть что-то из этого?
Тварь смыкает пальцы на моем горле и приподнимает меня высоко над полом. Я пытаюсь сопротивляться, отчаянно борюсь и царапаю его мерзкую плоть, обтянутую чем-то похожим на кожу. И едва успеваю заметить, как существо замахивается свободной рукой и в следующее мгновение вонзает острый коготь мне в живот.
Я вскрикиваю от боли, но оно и не думает останавливаться. Продолжает вести похожим на лезвие когтем по коже, оставляя длинный разрез.
Внезапно воздух оглашает пронзительный крик. Раздается такой знакомый голос.
Лиззи!
В главном холле гремит неистовый рев, и от этой мощной звуковой волны содрогаются даже стены.
Будто заметив кого-то, существо отшатывается от меня и воет.
Я бессильно падаю на пол и едва могу дышать из-за боли, пронизывающей живот. Кровь хлещет из раны, растекаясь густыми струями по телу. И все же я поднимаю взгляд и вижу, что тварь стоит на коленях, словно невидимая сила атакует его со всех сторон.
С громким криком призрак распадается на части прямо у меня на глазах.
Шок и потрясение сковывают мое тело. В животе пульсирует боль. Прижав руку к ране, я делаю несколько глубоких вдохов, чтобы набраться сил, и поднимаюсь на ноги.
Слегка пошатываясь, пытаюсь вспомнить дорогу к кладовой, где, по словам Калеба, хранятся медикаменты.
Без свечи вокруг должна царить непроглядная тьма. Но каким-то образом я все хорошо вижу. Тусклый свет освещает мой – и только мой – путь, пока я заставляю себя идти вперед, стиснув зубы от боли.
Лиззи…
Шепот едва слышен, но даже после пережитого его невозможно ни с кем спутать.
– Амон? – Я произношу его имя вслух, чувствуя себя глупо оттого, что вообще допускаю мысль о его существовании. И все же… в глубине души мне хочется плакать от призрачной надежды, что это может быть правдой.
Если существуют монстры… значит, и мой Амон тоже должен существовать.
– Амон, это ты? – тихо зову я.
Но вместо ответа ощущаю лишь легкое прикосновение к щеке, похожее на самый сладкий поцелуй.
Добравшись до кладовой, я ищу выключатель и глупо радуюсь свету.
Потом опускаю взгляд, страшась увидеть рану.
– Нет, – качаю я головой. – Нет, нет, нет.
Этого не может быть.
Мои руки совершенно чисты. Крови нет. Порезов тоже. На платье не видно ни пятнышка.
Никаких видимых повреждений.
Я потрясенно моргаю, надеясь, что если несколько раз открою и закрою глаза, то что-то изменится. Но все остается по-прежнему.
Даже если… Даже если бы моя кожа каким-то чудесным образом затянулась, то платье все равно было бы порвано, верно?
На нем остался бы след…
На глаза наворачиваются слезы разочарования.
– Амон? – Я поворачиваюсь. – Прошу, скажи, что ты здесь. Пожалуйста… Пожалуйста, скажи, что я не схожу с ума, – шепчу я, а слезы текут по щекам. – Что происходит? Я…
Но разве этот разговор не подтверждает мое безумие? В конце концов, я спрашиваю призрака о своем психическом состоянии. И надеюсь на его существование.
Чувство безнадежности обрушивается на меня, и я обессиленно падаю на пол, сотрясаясь от рыданий. Слезы застилают глаза так, что я почти ничего не вижу.
Просто сижу и плачу.
– Кто здесь? – раздается голос, прежде чем в дверном проеме появляется мужчина.
Я смотрю на него полными слез глазами.
– Мистер Хейл? – пищу я.
– Мисс Дарси? Это вы? Я принял вас за чертова призрака, – ругается он, но тут же осекается и бормочет извинения.
– Призрака? – Мои губы дрожат.
– Позвольте вам помочь, – говорит он, протягивая мне руку.
Я смотрю на нее несколько секунд, гораздо дольше, чем следует, но потом уступаю и позволяю ему поднять меня на ноги.
– Вот, возьмите. – Мистер Хейл достает несколько бумажных полотенец и передает их мне.
– Спасибо, – бормочу я, вытирая лицо.
– Что случилось? – мягко спрашивает он, явно увидев, насколько я встревожена.
– Здесь правда водятся призраки? – Я сглатываю. Меньше всего мне хочется, чтобы еще один человек высмеял меня и назвал сумасшедшей.
Я почти ожидаю, что мистер Хейл усмехнется, одарит пренебрежительным взглядом, но тот лишь пристально смотрит на меня, а потом кивает с натянутой улыбкой.
– Вижу, Рианнон еще не рассказала вам о поместье?
Я настолько ошеломлена его реакцией, что могу только качнуть головой.
Он продолжает:
– Никто доподлинно не знает, когда Крид построил поместье и что именно здесь происходило, но каждый здесь сталкивался с чем-то странным, так или иначе. Вы привыкнете, – усмехается мистер Хейл.
– К призракам?
Он кивает и становится серьезным.
– Если их не злить, они обычно никого не трогают. Хотя на втором этаже их довольно много, – задумчиво добавляет он.