«Притон» — это что-то вроде местного ночного клуба, где командному составу Полигона разрешается выпить после удачно завершенного задания и расслабиться в компании доступных девиц. Более оригинального названия для местного борделя вояки, видимо, придумать не догадались. Я это злачное заведение обхожу стороной. Во-первых, нет необходимости. Для удовлетворения половых инстинктов мне вполне хватает Беловой. Эпизод с Карлой был спонтанным исключением. Правда, не первым, не единственным и не только с ней, но не в этом суть — постоянная женщина у меня одна. Во-вторых, не люблю прирожденных шлюх, осознанно занимающихся своим ремеслом. Никто никого в «Притоне» насильно не держит. И попадают туда исключительно на добровольных началах. Причем претенденток больше, чем открытых вакансий.

— Каких изменений? — я прищуриваюсь, игнорируя ревнивый выпад майора. Хранить верность друг другу мы не обещали.

— Ты невыносим, Дерби, — тяжело вздыхает она. — Самонадеянный мальчишка…

— Я младше тебя всего на шесть лет, — оборвав ее на полуслове напоминаю на случай, если она забыла. — Что не так с шершнями?

— Они стали быстрее, хитрее, в разы агрессивнее. — Выдержав паузу, раздраженно бросает Белова: — И охотятся группами, не хаотично, как раньше, а скоординированно.

— В смысле скоординированно? — в недоумении свожу брови. — Ты имеешь в виду военную стратегию? — мы встречаемся взглядами, и Лена утвердительно кивает. — Это невозможно, — отрезаю я.

— Это возможно, — резко поправляет она и отводит взор к окну, за которым простирается мрачный пейзаж Полигона. — И ты должен быть готов воевать с крайне опасным и организованным врагом.

На несколько секунд в комнате повисает напряженная гнетущая тишина. Я пытаюсь осмыслить услышанное, но разум противится принимать бездоказательные факты за истину в первой инстанции.

— Есть подтверждающие данные? — первым нарушаю тяжелое молчание.

— В общем доступе — нет. — Она улыбается с лёгкой горечью. — Но мне ты можешь полностью доверять. Я не хочу, чтобы ты рисковал собой, Эрик.

— А как насчет остальных солдат? На них генералу похрен? Лишь бы не допустить паники и прикрыть свой зад? — разъярённо цежу сквозь стиснутые зубы. Она по-прежнему пялится в окно, не спеша отвечать на мои вопросы. — Лена, президент в курсе? — выпаливаю я, впервые за много месяцев упомянув своего отца.

— Разумеется, он в курсе, — выдохнув, она устремляет на меня усталый взгляд. — Меня отправил к тебе Одинцов по просьбе твоего отца. По завершению миссии президент ждет тебя в Улье с полным отчетом. Ты получишь двухнедельный отпуск, — Белова вымученно улыбается, догадываясь, что последняя новость меня отнюдь не обрадует. — И не факт, что глава Корпорации отпустит тебя обратно, — добавляет она и снова отворачивается.

Я замолкаю, оглушенный ее словами. В голове хаотично мечутся мысли, вызывая тупую боль в висках. Двухнедельный отпуск в Улье — это не награда, а наказание. Отец уже пытался вернуть меня в «семейное гнездо» и потерпел неудачу. После того, как мне присвоили звание сержанта, Одинцов внезапно вызвал меня к себе и заявил, что мне полагается недельная увольнительная за особые заслуги перед Корпорацией, и я отказался. Доказательств, что генерал действовал с подачи президента у меня нет, но вероятность крайне высока. И вот теперь отец снова вмешивается, хотя предупреждал, что никаких привилегий для меня не будет. Конечно, я дико скучаю по матери и Ари и регулярно пишу им письма, так как другая связь с родными здесь недоступна, но вернуться в Улей… даже на гребаные две недели. Ни за что!

— Я снова откажусь. Пусть так ему и передаст!

— Боюсь, что в этот раз у тебя нет выбора, — Лена поднимает на меня непроницаемый взгляд и тянется к моей щеке, едва касаясь пальцами. — Грядет что-то страшное, Эрик. Новая война, к которой никто из нас не готов. Антивирус до сих пор не создан, шершни эволюционируют. Ты представляешь себе степень угрозы, с которой мы можем столкнуться через год, два? А через десять?

— Я не знаю, что будет через год или два. И тем более, через десять, — отвечаю, стиснув зубы. — Но я знаю, что если сейчас послать бойцов на миссию с недостаточно полной информацией, шансы выжить будут катастрофически малы. Генерал отправ…

— Именно поэтому я здесь, — резко перебивает Белова. — Ты должен быть на шаг впереди. Не ради генерала. Не ради президента. А ради тех, кто будет следовать за тобой. Ради своих людей.

А она искусный мотиватор, в чем я никогда и не сомневался! Ее слова попадают точно в цель. «Ради своих людей». Я хотел стать командиром, чтобы иметь возможность что-то изменить, но когда на тебя ложится ответственность за чужую жизнь, то амбиции быстро превращаются в тяжелое бремя.

— И что ты советуешь? — устало бросаю я, прикрывая глаза. — Ты же пришла не просто кофе попить?

Белова делает шаг назад, снова надевает маску невозмутимости, отключив лишние эмоции.