Тяжело опустившись в крутящееся кожаное кресло, Кэти, к своему удивлению, увидела на столе испачканный в грязи бумажный конверт, который накануне бросила на крыльцо охотничьего домика. Пальцы не слушались и дрожали, пока она пыталась достать содержимое, но, когда ей это удалось, не смогла удержаться от ликующего возгласа.

Тёрнер не солгал. На снимках действительно Роберт, и судя по их, мягко говоря, «несвежему» состоянию, они не были поддельными. На первой фотографии Роберту от силы лет пять. Симпатичный неулыбчивый мальчик с пшеничными кудрями и не по-детски взрослым взглядом. Снимок сделан на фоне цветочных клумб, но где именно — определить невозможно. Сад сильно разросся за прошедшие годы. На второй мальчиков двое. Возраст — около десяти лет или чуть старше. Один — повыше и похудее — Миллер, другой — более плотный и коренастый — Тёрнер. Оба стоят у серой стены и угрюмо смотрят в объектив. Клэйтон совершенно не похож на себя настоящего, но разрез и цвет глаз определённо его.

Добравшись до третьей фотографии, Кэтрин непроизвольно вздрогнула. Это снимок со свадьбы. Совсем юная, светящаяся счастливой улыбкой Лори в белоснежном платье и с цветами в волосах, а по обе стороны от нее — двое красивых парней в одинаковых смокингах. Здесь Клэйтон уже догнал Роберта в росте и выглядел практически так же, как сейчас.

Кэтрин озадачено нахмурилась, внезапно осознав, что Тёрнер раскрыл свою личность не из-за самоуправства Лори, решившей опробовать ружье на несчастной Горгоне. Он планировал это сделать, вручив ей конверт с фотографиями. Значит… Что, черт возьми, это может значить?

Потерев пульсирующие виски, Кэтрин убрала свадебный снимок к уже просмотренным и застыла от шока. Тело сковал ледяной озноб, сердце рухнуло в пятки, а волосы на затылке встали дыбом. На следующем снимке она увидела обнаженную блондинку со следами удушения на шее. Девушка определённо была мертва, судя по выпученным остекленевшим глазам, синюшному цвету кожи и почерневшим кровоподтёкам на теле.

Кэтрин в ужасе откинула снимок в сторону и, пересиливая подкатывающие приступы тошноты, принялась листать оставшиеся фотографии. Руки ходили ходуном, ее трясло, пульс подскочил до критических отметок. Будь она более впечатлительной и менее закаленной, умерла бы от разрыва сердца. Кэтрин насчитала двенадцать… Двенадцать мертвых девушек. Все примерного одного типажа. Светловолосые, стройные, красивые, покинувшие этот мир в страшных муках.

Бобби Морено среди них не было.

— Слава богу, — прошептала Кэйт. Она не стыдилась короткой вспышки облегчения. Поняв, во что вляпалась, Кэти не могла не думать о том, что Бобби тоже стала жертвой двух маньяков. Слишком многое на это указывало.

Выронив из рук последнюю фотографию, Кэйт откинулась на спинку кресла и обессиленно закрыла глаза. В голове метались страшные мысли и жуткие образы убитых девушек. Кэтрин не задавалась вопросом «за что?», в данном случае он был не актуален. Убийца выбирает своих жертв не за что-то, а по определённому типажу. И Кэтрин полностью под него подходила. Как и Лори…

Довести эту мысль до конца ей не дал звук открывающегося замка и хлопок двери. Уверенные мужские шаги начали неумолимо приближаться к ней. Зажмурив глаза, Кэйт обреченно ждала, когда Тёрнер остановится и заговорит.

— Когда мы закончим, ты передашь копию рукописи вместе с этими фотографиями в полицию, — его твердый спокойный голос болезненно резанул по оголённым нервам. Кэйт дернулась, словно от удара, и распахнула глаза. Присев на край стола, Тёрнер приподнял ее подбородок и заставил посмотреть ему в лицо. — На обратной стороне написаны их имена. Оригинал биографии должен оказаться в издательстве, Кэти. Его опубликуют.

— Ты хочешь сдаться? — еле ворочая языком, недоверчиво выдавила Кэтрин.

— Да, — парализуя ее черным взглядом, утвердительно кивнул Клэй.

— А что будет со мной и Сэмом? — все еще находясь в глубоком шоке, просипела Кэтрин.

— Ты плохо слышишь, Кэйт? Что из сказанного тебе непонятно? — вопросительно выгнув бровь, Тёрнер провел большим пальцем по ее скуле. — Теперь ты наш литературный агент и исповедник в одном лице. Справишься?

— А у меня есть выбор? — Кэйт отвела голову назад, врезавшись затылком в кожаную спинку.

— Ты неблагодарная, Кэти. Знаешь? — мрачно ухмыльнувшись, он смерил ее тяжелым нечитаемым взглядом и опустил руку на свое колено.

— Открой мне тайну, Клэйтон, за что я должна тебя благодарить? — забыв о том, что злить психопата не в ее интересах, язвительно спросила Кэйт.

— Во-первых, я предлагаю сенсационный материал, который принесет тебе мировую известность. Во-вторых, в твоих руках окажется мое чистосердечное признание с исчерпывающими доказательствами вины. В-третьих, ты и твой друг покинете поместье живыми и невредимыми. Ну и в-четвертых, можешь считать, что Пулитцеровская премия и головокружительная карьера у тебя в кармане, — вкрадчивым тоном перечислил Тёрнер.

— Так просто? — скептически поинтересовалась Кэтрин.