Я оцениваю всех их, не в силах отличить друга от врага.

Лишь когда мой взгляд наконец падает на людей, которым я доверяю свою жизнь, мои напряженные плечи начинают расслабляться. Я сжимаю руку Эммы и разрезаю оживленную толпу, пока не оказываюсь в кругу своей настоящей семьи.

— Ну, посмотрите, кто к нам пожаловал. Самое время появиться на своей же вечеринке, – дразнит Кеннеди, ее большие голубые глаза останавливаются на наших сплетенных руках. — Мисс Харпер, не знала, что вы тоже будете здесь сегодня. Какой приятный сюрприз.

— Эмма, это мои друзья, – с гордостью представляю я.

Кеннеди, Стоун и Финн приветствуют Эмму теплыми, радушными улыбками, точно так, как я и ожидал.

— Мы скучали по тебе у Прайсов на Рождество, – добавляет Кеннеди, пытаясь скрыть беспокойство в голосе. — Вы с Истом все еще не помирились, да?

— Все в порядке, Кен. Мы с Эммой решили побыть дома.

— Неужели? – игриво парирует она, ее взгляд сверкает озорством.

— Кто-нибудь видел моего кузена? – спрашиваю я, прежде чем Кен откроет рот и поставит меня или Эмму в неловкое положение.

Я знаю, что бесполезно пытаться сбить ее со следа, что мы с Эммой не вместе. Особенно учитывая, что когда Кеннеди чует неладное, она становится ищейкой и будет преследовать тебя, пока ты не подтвердишь ее подозрения. Эту не проведешь. Гребаное чудо, что нам удавалось скрывать от ее Общество так долго, но, опять же, мы должны были делать это ради ее же безопасности.

— Я видел его сегодня, но потом он пропал, – объясняет Финн, его взгляд тоже мгновенно фиксируется на моей спутнице. Даже у Стоун на губах играет хитрая ухмылка, пока она смотрит на нас.

Эти идиоты ведут себя так, будто никогда не видели меня с женщиной.

Хм. Если подумать. Так и есть.

Но, блядь, ведите себя прилично, придурки!

— Я, эм… я пойду возьму выпить. Сейчас вернусь, – запинается Эмма, явно смущенная тем, как мои трое друзей не могут оторвать от нее глаз.

Я целую ее в щеку, прежде чем она стремительно удаляется по своим делам.

— А не заткнулись бы вы, наконец? Вы пугаете мою спутницу.

— Боже правый! Да ты же трахнул профессор Харпер! – выпаливает Стоун.

— Господи, негодница. Моя мама прямо там, – одергивает ее Финн, по-озорному помахав рукой матери в надежде, что Шарлин не расслышала вспышку его девушки.

Если Уокер думает, что его мама не в курсе, что у его девочки такая похабная речь, то он живет в сказочном мире. Стоун лишь закатывает на него глаза и, с видом знатока, указывает пальцем на меня.

— Признавайся! Ты трахнул нашу преподавательницу этики?!

— Он сделал куда больше, не так ли, Кольт? – раздается сзади меня знакомый хриплый голос.

Я оборачиваюсь, чтобы встретить Темного Принца Эшвилла в его привычном черном одеянии, а рядом с ним – робкую Скарлетт. Та едва заметно кивает мне и направляется поприветствовать девушек. Истон же не двигается с места. Он кладет руку мне на плечо, наклоняясь к самому моему уху, чтобы брошенные им слова услышал только я.

— Ты не только трахнул ее, но и влюбился. Я прав?

— Это не твое дело, – я скрежещу зубами, мне не нравится, что он говорит об Эмме.

Он усмехается, и его хватка на моем плече становится крепче.

— Скажи-ка, мудила. Что бы ты сделал, если бы я прямо сейчас подошел к Эмме и надавил на нее по всей жестокости? Внушил бы ей страх божий – или, в моем случае, дьявольский – и заставил бы почувствовать себя букашкой, которую я могу раздавить каблуком ботинка. Что бы ты сделал, Кольт?

Я сбрасываю его руку и смотрю ему прямо в глаза, без тени сомнения.

— Я бы с гребаной улыбкой на лице переломал тебе все кости в твоем чертовом теле.

— Так я и думал. Это и есть любовь, уебок. Добро пожаловать в наш клуб.

Мое бешено колотящееся сердце успокаивается, когда его стальные глаза теряют адскую ярость и наполняются братской теплотой, к которой я привык с детства. Жгучее желание извиниться за свой поступок со Скарлетт подступает к горлу – теперь я наконец понял его ярость. Однако визг Кеннеди позади нас обрывает мое извинение на корню.

— Дай посмотреть еще раз!

Я оборачиваюсь и вижу, как Стоун и Кен с восхищением разглядывают самый огромный камень на женском пальце, который я когда-либо видел.

— Если бы ты иногда отвечал на телефон, я бы сообщил тебе новости раньше. Я сделал предложение Скарлетт на Рождество. Как видишь, она сказала «да».

— Поздравляю, – бормочу я, огорченный, что не присутствовал при таком важном событии в жизни Истона.

Он с виноватым видом хмурит брови.

— Я не планировал делать это без тебя, Кольт. Честно. Я вообще-то думал сделать предложение только после выпуска, но когда настало Рождество и я увидел, как Скар счастлива... подумал, а чего ждать? Когда знаешь – значит, знаешь. А я знаю это с тринадцати лет. Думаю, я и так ждал достаточно долго.