— Невероятно! – сияет она, и ее искренняя улыбка будто проводит прямую линию к моему члену. — Я слышала столько прекрасного о библиотеке твоей семьи.

— Что ж, надеюсь, она оправдает твои ожидания.

— Не сомневаюсь ни секунды.

— Значит, я хорошо себя вел? – спрашиваю я, сокращая расстояние между нами, пока ее спина не упирается в доску.

— Очень хорошо, – она сухо сглатывает.

— Достаточно хорошо, чтобы заслужить награду?

— И какой награды ты бы хотел?

Когда мой взгляд останавливается на ее соблазнительных губах, ее грудь начинает учащенно вздыматься.

— Сейчас должна начаться моя следующая лекция...

Я не могу сдержать усмешку, поняв, куда унеслись ее мысли.

— Не волнуйся, профессор. Я не собираюсь трахать тебя здесь. Когда ты наконец одумаешься и поймешь, что это неизбежно, я хочу не спеша насладиться процессом, и нескольких жалких минут мне будет недостаточно.

— Тогда чего ты хочешь?

Моя ухмылка лишь становится шире от того, что она меня не поправляет. Мы оба знаем, что рано или поздно она окажется подо мной. Теперь это лишь вопрос времени.

— Я хочу всего один поцелуй.

— Поцелуй? – хрипло выдыхает она, и ее янтарные глаза опускаются к моим губам.

Я провожу пальцем по ее сочной, полной нижней губе.

— Для тебя это не должно быть сложно. Мы уже делали это раньше.

— То было иначе.

— Разве?

— Да. Если кто-то увидит нас вместе, я могу потерять работу.

О, Эм, ты все равно ее потеряешь.

— Тогда, полагаю, мне лучше поторопиться.

Она открывает рот, чтобы возразить, но я заставляю ее замолчать своими губами. В тот миг, когда наши губы соприкасаются, все мысли об ограниченном времени испаряются. Она такая же сладкая, как я помню – податлива моему прикосновению и жаждущая моего обладания.

Мой язык легко размыкает линию ее губ, сплетаясь с ее языком. Не в силах сдержаться, я одной рукой притягиваю ее ближе за затылок, а другой сжимаю ее бедро. Ее тело идеально сливается с моим, словно она была создана специально для меня. Я отбрасываю эту идиотскую мысль и наслаждаюсь каждым мгновением поцелуя. Мой твердый член трется о ее горячий центр, заставляя ее постанывать мне в рот. Ее внутренний огонь достаточно ярок, чтобы растопить лед в моих жилах, и сейчас я начинаю жалеть о своих же словах, что не зайду дальше поцелуя. Я хочу снова услышать, как она кричит мое имя на пике наслаждения. Я хочу чувствовать, как ее киска поглощает меня целиком. В этот момент я хочу так много, что не могу не злиться от того, что не могу это получить. Я опустошаю ее рот, высасывая всю ее сладость в наказание за то, что она заставляет меня чувствовать себя так после одного лишь поцелуя. Когда я нахожу в себе силы отстраниться, пунцовый румянец на ее щеках, припухшие губы и прерывистое дыхание лишь усиливают мое раздражение.

— Довольно, – резко обрываю я, пытаясь взять себя в руки.

Она легонько касается пальцами своих губ, и я не в силах подавить стон.

— Для твоего возраста, ты на удивление хорошо целуешься, – чуть слышно выдыхает она.

— У меня была уйма практики, – холодно парирую я.

— Не сомневаюсь.

Не в силах совладать с порывом, я касаюсь ее припухшей губы своим большим пальцем, и в ее полуприкрытых глазах вспыхивает новый, томно-золотистый отблеск.

— Ты тоже неплоха.

Моя отстраненная реплика должна принизить значимость момента, но это лишь маска – ведь я думаю лишь о том, чтобы снова почувствовать вкус ее губ.

— Учитывая, сколько женщин тебе довелось целовать, я приму это за комплимент, – заявляет она с таким же притворным безразличием, выныривая из одурманенного страстью забытья.

Я наклоняюсь так близко, что у нее перехватывает дыхание, когда она чувствует мои губы в дюйме от своих.

— Не все поцелуи стоят того, чтобы их помнить, Эм, – ровно произношу я. — Как и женщины.

Она выпрямляет плечи – мой ядовитый намек успешно возвращает ее к реальности.

— Буду знать, мистер Тернер.

Она резко отворачивается к доске, чтобы не проводить рядом со мной ни секунды больше. Вот он, момент, когда я должен уйти. Развернуться к чертовой матери и просто выстроить между нами как можно большую дистанцию.

Но я поступаю иначе.

Вместо этого я наклоняюсь так, чтобы она почувствовала мое дыхание на своей коже.

— Жаль, что от твоего останется след.

Я прикасаюсь целомудренным поцелуем к ее шее, за ухом, и затем стремительно выхожу за дверь, оставляя ее в таком же смятении, в каком пребываю сам.

Кольт

Я плюхаюсь на кожаный диван, пытаясь сделать вид, что ни капли не увлечен этим великолепным созданием, рассеяно прогуливающимся по библиотеке моей семьи. Эмма неспешно обходит каждый уголок этой восьмисотфутовой комнаты, легонько касаясь каждого тома в зоне досягаемости, словно каждый из них – бесценный дар, заслуживающий благоговейного трепета.