– Мне показалось, что тебе нужно преподать очень ценный урок и дать совет, – я приблизился к его лицу так, чтобы он слышал каждое моё слово и запомнил всё, что я скажу, если хочет жить. – Если девушка уже принадлежит другому, она под запретом. Ты, блять, не должен смотреть на неё, мечтать о ней и даже дышать одним с ней воздухом. Ты не должен заглядываться на неё, сидя напротив её мужчины, и делать ей намёки и комплименты, потому что ни одному уважающему себя мужчине не понравится, что какой-то кусок дерьма посчитал, что может иметь на его женщину виды. Ты меня понял?

Пьер что-то шепчет, но я не слышу его. Возможно, моя рука перекрывает ему кислород, поэтому он не может нормально дышать и говорить. Однако мне нужен его голос, чтобы я убедился, что мой урок дошёл до него и он меня понимает. Я слегка ослабляю хватку, давая ему возможность глотнуть воздуха.

– Ты, блять, меня понял? – прорычал я ему в лицо.

– Иди к чёрту.

Этот ублюдок действительно хочет умереть сегодня. Я хватаю Пьера за лацканы пиджака и притягиваю к себе. Он выглядит погано, но всё ещё ухмыляется. Меня это бесит ещё больше, поэтому я отвожу кулак назад и наношу удар, стирая эту грёбаную улыбку с его лица. Пьер отшатывается, запрокинув голову, но я не даю ему упасть на пол, придерживая одной рукой. Когда ублюдок поднимает голову и смотрит на меня, я вижу капельку крови, струящуюся из возможно сломанного носа.

– Сукин сын! – он схватился на нос, пытаясь остановить кровотечение.

– Предупреждаю тебя в последний раз, – надеюсь, теперь я донёс свою позицию относительно его намерений насчёт моей девушки. – Больше никогда, я имею в виду никогда, блять, не смотри на Адриану. Не разговаривай с ней. Не думай про неё и не прикасайся к ней. Потому что, если я увижу ещё один твой неподобающий взгляд в её сторону или услышу, как ты говоришь о ней или с ней, я вырву твой чёртов язык и скормлю тебе же. А после я по одному сломаю твои пальцы, которые посмели прикоснуться к её коже, и выколю твои глаза, что весь вечер раздевали её. Если ты сделаешь что-то из этого, твоё тело даже на дне Мичигана никто не найдёт. Я ясно, блять, выразился?

Ухмылка исчезает с его лица, сменяясь страхом. Я отчётливо вижу, как его глаза мечутся из стороны в сторону в надежде найти кого-то, кто спасёт его от меня.

– Я понял.

Я отпускаю его и отталкиваю от себя. Пьер чуть не падает на задницу, но вовремя удерживается и не даёт себе ещё больше опозориться. Он разворачивается, держась за нос, из которого продолжает течь кровь прямо на его белую рубашку, и выходит за дверь, не оглядываясь.

Я не был монстром и старался держать свою тьму внутри, но иногда не против выпустить её на свободу, если это позволит обезопасить Адриану. Я провёл рукой по волосам, приводя себя в порядок, прежде чем вернуться к любимой, но Маттео, стоящий позади, имеет другие планы на меня.

– Зайди в мой кабинет, – тон его голоса командный, словно он обращается к одному из своих солдат или мы вернулись на несколько месяцев назад, когда я и был одним из его людей. Но я не спорю и не делаю замечаний, потому что сегодня я здесь по другой причине. Как бы мне ни хотелось быть далеко отсюда с Адрианой вместе, разговора с её отцом не избежать.

«Алессио – мой мужчина». Да, чёрт возьми. Пришло время назвать Адриану своей женщиной перед её отцом и перед всем миром.

Глубоко вздохнув и делая заметку в голове: быть сдержанным с отцом девушки, которую люблю, я направляюсь следом за ним, но передо мной возникает взволнованная Адриана. Она так спешит, что не сразу замечает меня, пока не врезается в мою грудь. Из неё вырывается тихий стон при столкновении, а тело дёргается назад, но я успеваю схватить её за плечи, не давая упасть.

– Ох.

Её ресницы трепещут, рот приоткрыт, напуганные глаза широко распахнуты. Этот чертовски невинный взгляд напоминает мне о нашей первой встрече и вызывает грязные картинки в моей голове с Адрианой, стоящей на коленях и обхватывающей мой член.

«Приди в себя, Алессио. Её отец и так ждёт возможности сорвать с тебя кожу. Не давай ему ещё больше поводов, думая о губах его дочери на своём члене», – говорит мой внутренний голос.

– Ага, ох, – передразниваю Адриану, держа её хрупкое тело в своих руках. – Куда ты так спешишь?

– Я услышала голоса и подумала, что…

Она замолкает и кусает нижнюю губу от волнения.

– О чём ты подумала, принцесса?

– Что с тобой что-то случилось, – тихо произносит Адриана, опуская голову.

– Со мной всё в порядке, – пока. Мне ещё предстоит встреча с Маттео, но я ей этого не говорю, а просто приподнимаю её подбородок пальцем, чтобы она посмотрела на меня. – Тебе не стоит переживать об этом.

– Я рада, – она дарит мне лёгкую улыбку. – Ты ничего не сделал Пьеру?

– Он жив.

– Боже, Алессио, он ничего не сделал, всего лишь…

– Он мысленно трахал тебя передо мной и твоим отцом, Адриана, – я не хотел показаться грубым, но, судя по её лицу, я облажался. Поэтому смягчаю тон, поглаживая её по нежной щеке. – Теперь он знает, что в следующий раз так легко не отделается, потому что я убью его голыми руками, если он ещё хоть просто взглянет на тебя.

Она вновь опускает голову и закрывает глаза.

– В чём дело? – осторожно спрашиваю я.

– Ни в чём.