– Адриана, – голос брата доносится до нас раньше, чем он появляется на виду. Он быстро скатывается по перилам, чтобы не терять времени и сил на ступени. – Представляешь, вчера мы с папой вместе…

Люцио не договаривает и замирает, когда практически сталкивается с нами. Его голова медленно поднимается вверх. Мой брат таращится на Алессио с лёгким испугом, но быстро приходит в себя и стирает с лица все признаки страха, как его учили. Я замечаю, что мой брат сразу же изменяется: в мгновение ока его плечи стали шире, сам он кажется выше на несколько сантиметров, а лицо потеряло тот задор и шаловливость в глазах.

Всех мальчиков Каморры с детства готовили к инициации: их тренировали, воспитывали в них мужчин, бойцов, будущих солдат и капитанов, но к Люцио, как к будущему Капо, требования были жёстче и суровее. Когда он вырастет, станет таким же, как большинство мужчин нашего мира: безжалостным и холодным, безэмоциональным и отстранённым, потому для них любое проявление эмоций видится слабостью. Но я постараюсь сберечь в нём всё человечное, что только смогу. Мне бы не хотелось, чтобы он закрывался от людей, отгородившись стенами и шипами вокруг своего сердца. Надеюсь, он сохранит в себе ту доброту, которая есть в нём.

Однако сейчас я вижу мгновенную перемену в его в поведении, потому что перед ним незнакомый мужчина, который может быть врагом. Первое, чему учили его на занятиях, – это быть готовым к нападению в случае опасности. В данный момент Алессио был опасностью для Люцио.

– Привет, дорогой, – обращаюсь я к брату, но он испепеляет своим взглядом Алессио рядом со мной.

Слишком забавно видеть, как мой младший брат пытается напугать крупного мужчину с татуировками на руках одним лишь взглядом. Я сдерживаю смешок и обращаюсь к нему:

– Познакомься, это Алессио.

Он не двигается с места, лишь приподнимает брови и смотрит на меня с немым вопросом: «Кто он такой?».

– Привет, – Алессио отпускает мою руку, чтобы предложить моему брату рукопожатие. Люцио следит за протянутой рукой и прежде, чем взять её, окидывает меня взглядом. Маленькая ладонь отвечает на рукопожатие и утопает в большой кисти Алессио, что выглядит довольно мило и странно. Всё кажется таким сюрреалистичным.

– Я брат Адрианы, – Люцио выдёргивает свою руку и делает шаг в мою сторону, пытаясь отгородить меня от Алессио.

– Да, я знаю, кто ты, – спокойным голосом отвечает ему тот.

– Но я не знаю тебя. Кто ты? – Люцио же настойчив и слегка груб. Я редко видела его таким, может даже никогда.

Губа Алессио дёргается – его тоже забавляет вся эта ситуация, но он отвечает моему брату всё тем же серьёзным тоном.

– Я её друг.

– У моей сестры нет друзей, – Люцио демонстративно скрещивает руки на груди, показывая свою позицию защитника.

– Ну, кажется, теперь появился.

– Папа тебе не позволит. Если только ты не самоубийца или психопат, раз думаешь обратное.

– Люцио, перестань, – но он всё ещё не обращает внимания на меня и кидает острые взгляды на Алессио.

– Я постараюсь сделать так, чтобы ваш папа был не против, – говорит Алессио. – И я бы хотел, чтобы мы с тобой тоже подружились. Мне не помешала бы твоя поддержка, – он вновь протягивает руку моему брату. – Что скажешь, приятель?

– Да, ты определённо психопат, – Люцио, к моему удивлению, пожимает протянутую ему руку. – Мне будет интересно посмотреть на это с первых рядов.

Наконец они оба улыбаются, отчего и мне становится спокойнее. На нашей стороне теперь два человека, а это уже неплохой арсенал, хотя самое сложное сражение было ещё впереди.

– Где папа? – спрашиваю я Люцио и Мариэтту, которая молча наблюдала за происходящим.

– В своём кабинете. У него гости, – отвечает няня. – Он просил накрыть на стол немного раньше, потому что гость останется поужинать.

– Что за гость?

– Не знаю, какой-то бизнесмен.

– Хорошо, тогда можем пойти в столовую.

Мариэтта и Люцио проходят первыми, а я встаю напротив Алессио и беру его за руки.

– Ну, кажется, ты им понравился.

– Хм, – Алессио немного приближается, встав почти вплотную ко мне, но оставляет немного места между нами, чтобы не быть в компрометирующей позе, если вдруг кто-то зайдёт. – Ну, твоя няня кажется милой, как и брат. Хотя он готов был достать свой игрушечный нож или пистолет откуда-то из-за спины и убить меня за то, что я посмел назваться твоим другом.

Его рука убирает выбившуюся прядь за ухо, пока я наблюдаю за ним, глядя снизу вверх. Нас разделяют, кажется, десять, а то и двадцать сантиметров, особенно теперь, когда я сняла свои туфли.

– Он мог бы. Люцио отлично владеет ножами, знаешь ли.

– Почему-то я не удивлён. Как я заметил, в вашей семье все талантливые в своём деле.

– В чём же заключается мой талант? – я кладу руки ему на грудь, а он притягивает меня за бёдра ещё ближе к себе, позабыв о приличиях.

– Нам ещё предстоит это узнать.