Алессио наклоняется к моим губам, но голос отца вовремя раздаётся издалека, заставив нас отстраниться друг от друга. Когда он появляется в гостиной вместе с ещё одним мужчиной, наши взгляды пересекаются, но он быстро переводит глаза на Алессио – полные вопросов, они становятся жёстче и темнее. Я замечаю, как сильно напряглись его плечи, руки по бокам сжались в кулаки. В какой-то момент я испугалась, что папа набросится на Алессио или достанет оружие, но он не делает ничего из этого. Несмотря на явное раздражение, папа молчит и не подаёт вида перед гостем, что сложившиеся обстоятельства ему не по душе. Конечно, Энцо предупредил его о неожиданном визите, поэтому у папы была возможность подготовиться к этой встрече, но, возможно, он не мог до конца осознать, что я была серьёзна в своих намерениях.

А что касается гостя, то это Пьер Дю Марье, с которым мы познакомились на благотворительном вечере. Я понятия не имею, кто он такой и какую играет роль в Каморре или бизнесе отца, но раз он в нашем доме, значит, папа ему доверяет настолько, чтобы приглашать сюда.

Пьер одет практически так же, как и в тот вечер: чёрный костюм и белая рубашка. Единственное, что изменилось, – это галстук и маска. Сейчас он без этих аксессуаров. Его тёмные волосы идеально уложены. Гладко выбритое лицо, вычищенные до блеска туфли, платок в нагрудном кармане, часы на левой руке и распахнутая рубашка, открывающая вид на загорелую кожу. Мужчина симпатичный и выглядит как истинный француз. Уверена, многие девушки мечтают о нём и его внимании.

– Адриана, вы приехали.

Папа целует меня в макушку, а также коротко кивает Алессио в знак приветствия. Тот молча кивает в ответ. Между ними чувствуется сильное напряжение, но оба ведут себя сдержано, за что можно сказать спасибо Пьеру: именно его присутствие в комнате сохраняет мир между двумя любимыми мною мужчинами.

– Ты помнишь Пьера? – папа указывает рукой на своего гостя.

– Да, конечно, – улыбаюсь я, обращаясь к французу. – Я очень рада вновь видеть Вас.

Пьер приближается, не отрывая карих глаз от меня. Он галантно наклоняется, чтобы взять мою ладонь и прижать её к своим губам в лёгком поцелуе. В этот момент тяжелая рука Алессио ложится мне на бедро и притягивает к нему. Я знаю, что он делает, и как бы это ни казалось странным, мне нравится, что он проявляет свои собственнические замашки. Его лицо каменное, глаза – дикие, челюсти сжата с такой силой, что заметно, как вздулись желваки по ней. Я никогда раньше не видела Алессио таким. От него веет опасностью и угрозой, направленными на Пьера. Они прожигают друг друга взглядами, и комната наполняется большим количеством тестостерона. Пьер, как и мой отец, многозначительно глянул на руку Алессио, но оба промолчали.

– Добрый вечер, синьорина Адриана, – мужчина делает шаг назад, увеличивая расстояние между нами, как бы избегая конфликта. – Вы, как всегда, прелестны.

– Благодарю Вас, – отвечаю я, ощущая, как захват на моём бедре усиливается. Уверена, останутся следы, но я не против. – Позвольте мне Вас познакомить. Это…

Я запнулась, не зная, как представить Алессио. Стоит ли назвать его настоящую фамилию или же ту, которая была для него родной на протяжении двадцати пяти лет?

Алессио решает проблему, представившись сам, что для меня несколько неожиданно.

– Алессио Гуэрра.

Его голос твёрдый и жёсткий, я бы сказала, свирепый, но люди, не знающие его, могут предположить, что это его повседневный тон и обычное состояние. Я не могу не гордится им в этот момент. Знаю, как ему тяжело признать и принять всё произошедшее. Ему ещё предстоит во всём разобраться и найти себя, однако сейчас я вижу перед собой самого уверенного и сильного человека. Я так горжусь им, что мне хочется наброситься на него и расцеловать за его мужество. Отец тоже, кажется, впечатлён. Он внимательно следит за Алессио, заметно расслабившись и разжав кулаки, что что, безусловно, хороший знак.

– Пьер Дю Марье.

Он протягивает ладонь, но Алессио не отвечает на рукопожатие, что заставляет мужчину убрать руку в карман. Это неловко, и я не знаю, как разрядить обстановку, а следующие слова Пьера делают ситуацию ещё хуже.

– Адриана, признаюсь, – обращается он ко мне, заставляя напрячься.

Честно говоря, я боюсь его слов. Но больше всего меня пугает реакция Алессио на них. Я чувствую напряжение и раздражение в каждой клетке его возвышающегося позади меня тела. Особенно в его руке у меня на бедре. Пьер продолжает:

– В тот вечер на балу мы рано попрощались с Вами, однако мне было приятно находиться в Вашей компании, поэтому я подумал, что мы могли бы вновь встретиться и поужинать уже вдвоём, однако… – его глаза перемещаются с меня на Алессио, прижимающего меня к себе, а потом на его ладонь, по-прежнему лежащую на мне, – я вижу, что опоздал.

– Ты правильно всё понял, – отрезает Алессио.