— Твоя киска насквозь промокла, Бриттани. Неужели ты так возбудилась, размазывая свою киску по мужчинам, которые притворяются, что хотят тебя?
Никогда не скажу ему, что я такая мокрая потому, что мужчина кончил в меня несколько часов назад. Не отвечаю. Вместо этого смотрю на него в зеркало. Он улыбается, думая, что мое молчание означает, что он прав.
Джеймс стягивает с меня хлопчатобумажные шорты и трусы, прижимая меня грудью и лицом к стойке, и раздвигает мои ноги своими. Он обхватывает свой член, проникая в меня, и мои глаза сами собой закрываются. Может, мы и расстались, но секс никогда не был нашей проблемой. У него не бесполезный член, он знает, как им пользоваться. Все остальное в нем нуждается в доработке.
Он вжимается в меня, мои бедра ударяются о край стойки, и мне противно от того, что я чувствую себя неудовлетворенной. Мое тело истощено; тот парень, который трахнул меня раньше, был так близок к идеалу, что у меня не осталось сил. К тому же действие наркотиков начало ослабевать. Мои эмоции теперь на дне.
— Давай, Бриттани, кончи на мой член, детка, — стонет он.
Четыре года я ношу новое имя, и до сих пор не привыкла его слышать. Часть меня умерла, когда я стреляла в Сэинта. И Эштин была одной из них. Я уже никогда не стану той, кем была раньше, и смирилась с этим.
Закрываю глаза, симулируя оргазм, но, на самом деле, я просто измотана. Мне придется проспать завтра почти весь день, чтобы быть готовой к дополнительной смене, завтра вечером.
— Ну все, — говорит он, и его член вонзается в меня. — Приготовься..., — предупреждает он.
Я знаю, что делать. Принимаю противозачаточные средства, но он отказывается пользоваться презервативом, и я никогда не позволяла ему кончить в меня. Последнее, что нам нужно, — ребенок. Скорее всего, он использует мою работу против меня, заберет ребенка и заставит платить ему алименты.
С моим везением, он точно выиграет.
Джеймс вырывается, поднимает меня с прилавка, разворачивает и ставит на колени. Я смотрю на него, рот уже открыт, и он помещает кончик своего члена между моих губ, одновременно дроча на мой язык.
Смотрю на него сквозь тяжелые веки, когда он закрывает свои глаза, и его теплая сперма заполняет мой рот. Проглатываю все, что могу, и он вырывается.
— Оставь открытым, — приказывает он, и я подчиняюсь. Он еще раз проводит рукой по своему стволу, выдавливая все, что осталось, из на мой язык. Жду, пока он отстранится, закрываю рот и сглатываю.
Чувствую незнакомый вкус спермы. Она была вся на члене Джеймса. Мне стало интересно, сколько раз Джеймс трахал другую женщину до того, как трахнул меня, а я об этом не знала. Я никогда не ревновала Джеймса. Я бы даже обрадовалась, если бы поймала его на измене. Подняла бы шум и использовала это как повод, чтобы выгнать его.
Может быть, я подговорю кого-нибудь, чтобы Джеймс кончил на нее здесь, в моем доме, и трахнул ее в моей постели. Спланирую все так, что войду и выгоню их обоих. Я заплачу ей, конечно. Актриса заслуживает денег за свое время и игру.
Но если бы на его месте был Сэинт? Я бы убила эту сучку только за то, что она подумала поиметь его. Этот человек сделал меня психованной дурой. Больная и извращенная часть меня надеется, что я убила его, потому что не представляла его с кем-то еще, кроме меня. От этой мысли мне до сих пор не по себе. У большинства лордов нет аккаунтов в социальных сетях, и у меня их точно нет. Если я и выхожу в сеть, то через аккаунт девушки с работы. Так что я никак не могу узнать, выжил ли он или что он делает сегодня. Но что бы там ни было, уверена, что у него есть жена. Лорды не должны долго оставаться холостыми. Они должны размножаться. Все они обязаны произвести на свет наследника как можно скорее.
— Черт, детка. — Джеймс вздыхает и делает шаг назад. Потянувшись вниз, он берет меня за руку и помогает встать, нежно целует меня в губы, и я не отстраняюсь, хотя мне очень хочется.
Джеймс выходит из ванной, забирается в мою кровать и отрубается. Заканчиваю раздеваться и принимаю душ, мне нужно смыть с себя всю ночь. Не обращая внимания на зубную щетку на полу, достаю из кармана мобильный телефон, подключаю его к колонке Bluetooth, которую установила в душе, и открываю свой плейлист Spotify. Песня Нессы Барретт «I hope ur miserable until ur dead» заполняет ванную комнату, и я снимаю обручальное кольцо с пальца. Кладу его в стеклянную тарелку на стойке, прежде чем зайти в душ. С шипением встаю под струю горячей воды, обжигая мою прохладную кожу. Это так приятно. Закрываю глаза, поднимаю руки и провожу по волосам, откидывая их с лица.
Теряюсь в мыслях о нем. Сэинт всегда у меня в голове. С тех пор как я оставила его лежать в коридоре морга, в луже собственной крови. Это преследует меня сильнее, чем любой кошмар.